Полнолуние prod. oyar

Вечери твоея Тайныя. Сложно печатать текст, когда дух запечатан. Пенальти пробил, лого Адидас на лбу отпечаталось. Обрюзглая краткая жизнь людей замечательных. В материальных вещах тюрьма мещанская. Чалимся. По пальцам указкой таблетку искал от тоски. Менял гримасы под масками, крутил volume как соски. О себе да о вас, тем, кто спал на Клоповом матрасе. Обесценивал всё, потом принимал ипостасию. Улыбайся, хоть пеньком в нечищеной пасти, Но нескайся по головам, добравшись до власти. После упасть, для даров открывая запястье. И опять то вверх, то вниз, то в могилу, То в ясли. Том ям жидкий вытекает со лба Как Мякина. Всем здрасте, кому светлый дух снизошел, Не покинув. Там, где с рук не сходило, Там рождалось уныние. Над Москвой полнолуние. Все дела мои мнимы. Все вокруг декорации всех заебавшего фильма. Мои мертвые дети к тебе прилипают на спину. Бывает так грустно, в калач завернет и нахлынет. Что я делал не так? А чего вам не хватило? Вера в сердце интимная, порт от влажности в дымке. Уйдут от берега льды, бычки под горлышко в кринке. Все рождаемся в крике, живем икрин как икринки. Второразмерным словом хрипишь с отеком Квинке и в Синьке. Сложно печатать текст, Когда дух запечатан. Пенальти пробил, лого Адидас на лбу отпечаталось. Обрюзглая краткая жизнь людей замечательных. В материальных вещах тюрьма мещанская. Чалимся. Сложно Печатать текст, когда дух запечатан. Пенальти пробил, лого Адидас на лбу отпечаталось. Обрюзглая краткая жизнь людей замечательных. В материальных вещах тюрьма мещанская. Чалимся.