Подвиг разведчика

В рабочий полдень я проснулся стоя. Опять матрац попутал со стеной. Я в одиночку вышел из-за поля. Да вот те на! Сегодня выходной. И время шло ни шатко и ни валко. Горел на кухне ливерный пирог, Скрипел мирок хрущевки-коммуналки, И шлепанцы мурлыкали у ног. За стенкой Буштейн стыдливо бил соседку. Мы с ней ему наставили рога. Я теперь ни с кем бы не пошел в Разведку, мне не с кем выйти, плохо вам, Врагам. Один своровал себе стальные двери, Другой стишки кропает до утра. Я одинок и никому не верю. Да, в прочем, видит Бог, невелика потеря. Весь ихний прав, особенно ихние сестры. Экран, а в нем с утра звенят коньки. В хоккей играют настоящие мужчины. По радио поют, что нет причины для тоски. И в этом есть их главная причина. В студии сенсационная заметка О том, что до сих пор шумит тайга. А мне на Волин, хочется в разведку. Вот сейчас уйти и не вернуться эту клетку, Уйти в чем есть к суповой тыл врага. Из братских стран мне сообщает пресса Поляки оправляются от стресса, Прижав к ногтю навидителе Хвалянца, Мечтавших всю Варшаву отравить. Да, товарищи, не все еще врубились в суть прогресса И в трех соснах порой не видят леса. Пресса эта мнительная и огрета, Но вот та уполномочен ценить. Тяжелый смог окутал Вашингтон. Невесело живет этот дебош. В болотах джунглей каменной свободы, Где правят ЦРУ и Пентагон. Среди капиталистов этих стран растет угар военного Психоза. Они пугают красной угрозой Обманутых рабочих и крестьян. А Рейган- Бомбар--бомбардир и пират-Продаем мир на ядерную Карту. Тревожно мне, кусаю свой матрас, Дрожу, как этот, двадцать перед стадом. Окончился хоккей, Окончился хоккей, пошли трех отдыха, А по второй насилуют стюардесс. А как же можно, товарищи? Ведь месть это дрожь! Ведь сами говорили ничего страшнее дрожи нет. Вовремя я вышел из запоя И отдалился от родимой Костромы. Любимый город может спать спокойно И мирно зеленеть среди зимы. Буденновку на себя нацепила, В баяне патриот, колесь юбу, в долг мне оставь Мешок пустых бутылок, а из матраца парашют скрои вой Мама. Куплю один билет на первый рейс до западной Европы. В квадрате Гамбурга, пардон, Я в туалет. Рвану кольцо и размотаю стропы. Пройду как рысь от Альпы до Онеги тропой Партизанских автострад. Все под откос, трамваи и телеги. Не забывайте, гады, Сталинград! Пересчитаю все штыки и пушки, пускай раскрыт мой Горячо рот. Я похвастунки набираю полтора мушки и выхожу в Этгерлевайзер. Я щит и меч родной страны Советов, Пока меня успеют обложить, переломаю крылья семерым Ракетам, и чтоб на большую землю доложить, Мол, вышел проредатор из Борна. Скажите маме, надо на хвосте! Ваш сын дерется до последнего патрона На вражьей бессмертной косе. Хочу гранатой прыгнуть под колеса, Но знамя чести проглотить успеть, А потом молчать, На приколе. А перед смертью и про катюшу спеть. Батон крепчал, Пора принять таблетку. В ушах пищал секретный подпунктной. По выходным так хочется в разведку. Ай да ребята, кто из нас тут злой?