Предельно ясно

Как всё прошло? Воспоминаний, мотивов масса. Там, где-то школа моя один, два, три. Там, где я наблюдался с третьего класса. Была там где-то поблизости у "Этартаса" на Большой Никитской. Тетрадки, учебники, Свитки. Свернули мы с той трассы. Мы свернули, не отходя от кассы, почти что пустой. Кому-то шептали вслед: "Не уходи, постой!" Какой-то дед худой, весь седой. То ли прошлым летом, то ли позапрошлой зимой, Весной, осенью, летом. Так, между прочим, днем, утром и ночью листья с Деревьев опали, а мои были порваны в клочья. Всё теперь поровну. Не твоё, не моё, просто наше. На завтрак кому-то креветки, а кому-то манная каша. Интересно мне, что бы сейчас сказала Наташа. Хотя уже и неважно, когда смотрят мне в спину. Но ведь можно было в лицо. А мне повезло, я так и не стал подлецом. Чай мой остыл где-то за варкой. Там тот дом, который отвернулся и стоял торцом на Углу на Лубянке. Жалкий наркоторговец в варке. И таких я не одного помню. Кто тут самый умный из вас? Кто тут самый скромный? Только с виду, внутри весь темный, как сажа. Все это было когда-то с кем-то однажды. А теперь давайте сперва подумаем. И то, что подумали, скажем. Задавшись вопросом, как всё прошло, Время меня само нашло. За что? И превзошло все ожидания, Старания, также предположения, созидания того же Самого времяпрепровождения в запутанных коридорах, Комнатах, шторах, штори в покрытых многовековой Пылью сорок, на рану солью, в порах, Залитых кровью порок. Ушедшей тайны ворох посыпан болью, как ворот Прогрызан молью. Зачем эти три десятка? И те, кто со мной с одной грядки, отбили Свой кон в московские прядки. Непонятки с неизменно постоянным остатком, Осадком на "не" осели на дне чаши моих прожитых Лет. И привет. Я жду, что за нами скоро Придут, но об этом молчу. Это так надо, не то, что я просто хочу Сеять иллюзии в головы, получая взамен голоса Шепчущих стен перемен одиноких эмблем. А пока лечит апокалептик, калечит мечом. Свечи, скептик чеканит подряд, как Рональдо мячом. Чё по чём? А тут совсем ни при чем. Повезло, что назло я тогда разминулся с врачом. И даже если фонари все тут погаснут И станет поздно уже, а им не страшно. Для нас тут всё и так давно понятно. Для нас тут также всё предельно ясно. И даже если фонари все тут погаснут И станет поздно уже, а им не страшно. Для нас тут всё и так давно понятно. Для нас тут также всё предельно ясно.