Старые тайны E

Я помню тот клюн, что рвалось под моим домом. Помню угорали как твари вечно убитого трона. Убитые шмали в убитых подъездах старого центра. Птаха вернулся ради этого текста. В глазах были вспышки воспоминания. Я вспоминал старых друзей, наши старые тайны. Старых людей, что жили здесь по коммуналкам. Я улыбался, видя тех соседей, что остались. Я будто во времени сталкер слышу те голоса. Детские крики и соль пожирает глаза. Этот битос еще мажет меня по подъезду. Я понимаю, догоняет вторая звезда. В руках холодный дольчик, чтобы не сбаг и не Сдохнуть. В кармане ручка с блокнотом, чтобы все мне Запомнить. И трогаю стены легко, закрывая глаза. Молча стоя Птаха вспоминает имена. Их было раньше семь, теперь уже стало десять. Они стали лишь прахом, их имена носит ветер. Не надо обещать, если бросить не можешь. Иначе ты свое имя запачкаешь лишь лужей. Не надо дуть, если дуть. Не надо много болтать. Не надо лазить в качели, чтоб потом не съезжать. Не надо дуть, если дуть. Не надо много болтать. Не надо лазить в качели, чтоб потом не съезжать. Не надо дуть, если дуть. Не надо много болтать. Не надо лазить качели, чтоб потом не съезжать. Не надо дуть, если дуть. Не надо много болтать. Не надо лазить качели, чтоб потом не съезжать. Я быстро вышел из падика, загребая ногами. Я побежал до старой школы воспоминаний. Меня глушили вспышки, глаза, голоса. Места, где начиналась дорога моя. Детство, юность, обида, радость, скорбь от утраты Друга. Души первая боль. Еще мажет как суку этот дисок. Мокрые руки, давление, да да долбит в висок. Чай уже не спасает, надо что-то покрепче. Джеки пару плюхну и конечно же рэпчик. Все побросали, а я вот опять и начал. Меня лично прет луна по ночам. Сигареты Парламент Экстра Лайт. Я типа себя наебав Птаха так начал бросать. Но этот самообман меня не тревожит. Капюшон на лицо, пряча глаза от прохожих.