Выстоим

Пусть обескровлены мы белее инея, Но вражьим ищейкам не вынюхать уныние. Если вода будет ядом, воздух трупшим, Выстоим, пусть подавятся нашим будущим. Сотни каналов вещают, шумят радиостанции. Птицы улетают, здесь никто не должен остаться. Никто не должен понять операцию тишина. Восход нового солнца, земля опустошена. Идем ночами лунными, тело в болоте вянет. Им не закрыть нам рот даже после казни. Что с того, что нас не станет? Слышь, глаза протри! Мы останемся в ушах бойцов в виде mp3. Наша программа запущена, результаты видны. Уже тысячи сердец согрели после зимы. Это врагу как яд явно незаманчиво. Просыпаются даже трубы, ночь заканчивается. Каждая новая запись оружием за пазухой. Это тебе глоток воды перед глобальной засухой. Чистый источник, мысли Сибири холодом льются. Если проснулись тысячи, то миллионы проснутся. Нет, это не всхлипывание и не мольбы о пощаде. Грязные руки не тянут за кожаный френч дядю. По ту сторону салона безголосые тени. Стекла простреляны следами это предупреждение. Дрожь по коже змеёй тряска, что-то не так. Жители мертвого города идут на контакт. Все еще внаглую живы, чем еще брать их? Призраки в куртках и шапках старших братьев. Нас воспитала до костей царица Зима. Подданные, власть ваша лишь над реками дерьма. Память отравленная наши глаза не гаснут. Эти властители скота над людьми не властны. Врать мы хотели, что все они нам годятся учтив. Каждый из них в ответе за медиа геноцид. После долгой жизни, тихой смерти и больших похорон Лицемерные лозунги сменит безвременной стон. Пусть обескровленные мы белее инея, Но вражим ищейкам не вынюхать уныния. Если вода будет ядом, воздух трупшим, Выстоим, пусть подавятся нашим будущим. Пусть обескровленными белее инея, Но вражим ищейкам не вынюхать уныние. Если вода будет ядом, воздух трупшим, Выстоим, пусть подавятся нашим будущим. Пусть обескровленным мы белее инея, Но вражим ищейкам не вынюхать уныние. Если вода будет ядом, воздух трупшим, Выстоим, пусть подавятся нашим будущим. Пусть обескровленными белее инея, Но вражим ищейкам не вынюхать уныние. Если вода будет ядом, воздух трупшим, Выстоим, пусть подавятся нашим будущим