11.06.1992

Одиннадцатое июня девяносто второго. Чувствую себя отравленным, использованным, Потрепанным. Я не так уж и стар, но думаю, Может, есть что-то стоящее борьбы. Я думаю, это толпа. Человечество всегда сложно для моего понимания, Где все как один играют в одном и том Же спектакле. В них нет никакой свежести, Ни малейшей тайны. Люди стираются в пыль друг о Друга и об меня. Если бы хоть однажды мне Посчастливилось встретить хоть одного человека, Который сказал бы или сделал бы что-то необычное, Это побудило бы меня заняться тем же. Но все они черствые грязные. Воодушевленность на нуле. Глаза, уши, ноги, голоса, а все в целом ничего. Замыкаются в себе и сами себя дурят, притворяясь Живыми. В молодости все было лучше. Я искал, бродил ночными улицами, Выискивая, везде суя свой нос, сражаясь, Исследуя, но так ничего и не нашел. Ни одного настоящего друга. Женщин снимал каждый раз, надеясь, что вот она та Самая. Но это было лишь очередное начало. Очень скоро я уяснил, что к чему и перестал Бредить девушкой мечты. Я просто хотел ту, что не была бы сущим Кошмаром. Единственных живых людей, Которых я нашел, это тех, кто уже умер, Но оставили после себя книги и классическую музыку. Какое-то время мне это помогало. Поначалу было много непрочитанных волшебных книг, Потом они кончились. Классическая музыка была моей крепостью. Большую ее часть я слушал по радио, как и Сегодня. И я все больше изумляюсь, слыша что-то Сильное незнакомое. Пока я все это пишу, по радио периодически раздается Что-то, чего я раньше не слышал. Я наслаждаюсь каждой нотой, как человек, Изголодавшийся по новому притоку крови и получающий Его из радиоприемника. Я конкретно поражен обилием великой музыки, Оставшейся после многих столетий ее правления. Значит, когда-то жили люди с необъятными душами. Мне несказанно повезло, что на мою долю выпало Внимать этому, чувствовать, подпитываться и Прославлять. Я никогда не пишу без радио, Наведенного на классику. Слушать музыку такая же часть моей работы, как и Писать. Неужели однажды кто-нибудь может мне Объяснить, откуда столько чудесного в классической Музыке? Хотя, на самом деле, я сомневаюсь, что на Это мне кто-либо ответит. Так я останусь в изумлении. Почему? Почему? Почему так мало книг с такой же Мощью? Что не так с этими писателями? Почему настоящих из них раз-два и обчелся? Рок-музыка на меня не действует. Ходил тут на рок-концерт в основном ради Линды. Все разумеется, я же паинька. А? В любом случае билеты были бесплатные. Любезность со стороны рок-музыканта, моего читателя. Нас отвели особый сектор зала для больших шишек. Знакомый режиссер и бывший актер были вынуждены Сделать ходку, чтобы подвезти нас в своем спортивном Фургоне. С ними был еще один актер. По-своему талантливые люди и сами по себе неплохие. Режиссер отвез нас к себе, где мы познакомились с Его подружкой, полюбовались на их ребенка, после Чего сели в лимузин. Напитки, болтология. Концерт проходил на стадионе Доджей. Мы припозднились. Рок-группа уже издавала Дребезжащие чудовищные звуки. Двадцать пять тысяч человек. Резонанс был, но он был мимолетным, откровенно Упрощенческим. Я считал, что тексты хороши, Когда их понимаешь. Эти пели о смысле, правилах Приличия, любви обретенной и потерянной и так далее. Пипл все это жрет. Антиистеблишмент, Антисемью, анти хрен знает что. Но успешная группа миллионеров вроде этой, вне Зависимости от того, что они там долдонят, сама Истеблишмент. Потом немного погодя лидер сказал: "Этот концерт посвящен Линде и Чарльзу Буковски". Двадцать пять тысяч человек заезжали так, будто Имели представление о том, кто мы такие. Есть над чем посмеяться. А наши ложи уже шатались. Я встречал их и раньше. Меня это беспокоило. Нервировали режиссеры и актеры, заезжавшие в гости. У меня вызывал неприязнь Голливуд. Кино слабо на меня работало. Что я делал среди всех этих людей? Меня что, хотели облапошить? Семьдесят два года отменной борьбы и вот такое вот Пускалово. Концерт почти закончился, когда мы последовали за Режиссером в VIP-бар. Мы были в числе избранных. Ух ты! Там были столики и знаменитости. Я дернул к стойке. Напитки бесплатно заправлял Здоровенный черный бармен. Я заказал напиток и сказал ему: "Выпью вот этот И выйдем, перетрем". Бармен улыбнулся. "Буковски!" "Знаешь меня?" "Читал заметки старого козла в газетах". "Ну, черт меня подери". Мы пожали руки. Было кончено. Мы с Линдой общались со всеми подряд. О чем? Не знаю. Я продолжал возвращаться в бар за водкой. Бармен накатывал мне в высокие стаканы. Кроме того, я успел поддать в лимузине по дороге. К вечеру прощался. Оставалось только пить большими порциями быстро и Часто. Когда вошла рок-звезда, я был уже где-то Далеко, но вроде бы все еще там. Он сел, и мы разговорились, но я не помню, О чем именно. Далее провал. Очевидно, мы ушли. Все, что произошло следом, я знаю с чужих слов. Лимузин привез нас к дому, но как только я Достиг ступенек крыльца, я упал и треснулся о Кирпичи. Их совсем недавно уложили. Правая сторона головы кровоточила. Кроме того, перепало правой руке и спине. Об этом я узнал поутру, когда восстал, чтобы отлить. Зеркало. Я выглядел как в былые дни после драк В барах. Боже, я смыл часть крови, Покормил девять кошек и вернулся в постель. Линда тоже недомогала, но она свое рок-шоу получила. Я осознавал, что дня три-четыре не смогу писать и Пару дней воздержусь от ипподрома. Зато ко мне вернулась классическая музыка. Меня восславили и все такое. Здорово, что рок-звезда читал мои книги, но то же Самое я слышал от постояльцев тюрем и дурдомов. Не я выбираю, кому меня читать. Ну да ладно. Хорошо посиживать здесь в каморке на Втором этаже, слушая радио. Старое тело латает старый мозг. Мое место здесь. Как-то так. Как-то так. Как-то так.