моё/твоё

Я стою в полной тишине, мерзнет талая вода. Сообщений больше нет, но я и виду не подал, Что полусевший телефон не принял ни один звонок. Характер волевой засохнет на губах вином. Кому я нужен здесь? Побитый офицер. И что прохожий найдет в моем темно-сером, Как этот асфальт, лице? Кому я обещал прождать здесь еще час? И почему я всю жизнь о себе молчал? Давай ты расскажешь мне свои тайны. Про дрогшие стены. Давно бы вытаяли, если бы было что. Давай притворимся, что все случайно, И белая пена на берегу еще не предвещает шторм. Давай договоримся, что мы будем вечно нести все, Что прожито нами в сердце, но только теперь вдвоем. Оставь мне этот одинокий вечер, Мне больше не надо. А все, что раньше, все, что мое, Твое. Давай ты расскажешь мне свои тайны. Про дрогшие стены. Давно бы вытаяли, если бы было что. Давай притворимся, что все случайно, И белая пена на берегу еще не предвещает шторм. Давай договоримся, что мы будем вечно нести все, Что прожито нами в сердце, но только теперь вдвоем. Оставь мне этот одинокий вечер, Мне больше не надо. А все, что раньше, все, что мое, Твое. Только она и домашняя Аптечка. Раскрытые ладони, Желание взлететь, чтоб тоньше Было падать. Два цвета между речек, И ни один не тонет. Чай стынет на столе, Стирается помада, И числа Рейчел Уорд не дочитана Глава. Город подсунет свой аккорд Тающим снегом мне за ворот. Стеклянные шары вылетают Из окна, И каждый мой порыв Это она. Давай ты расскажешь мне свои тайны. Про дрогшие стены. Давно бы вытаяли, если бы было что. Давай притворимся, что все случайно, И белая пена на берегу еще не Предвещает шторм. Давай договоримся, что мы будем вечно нести все, Что прожито нами в сердце, но только теперь вдвоем. Оставь мне этот одинокий вечер, Мне больше не надо. А все, что раньше, все, что мое, Твое. Давай ты расскажешь мне свои тайны. Про дрогшие стены. Давно бы вытаяли, если бы было что. Давай притворимся, что все случайно, И белая пена на берегу еще не предвещает Шторм. Давай договоримся, что мы будем вечно нести Все, что прожито нами в сердце, Но только теперь вдвоем. Оставь мне этот одинокий вечер, Мне больше не надо. А все, что раньше, и все, что мое, Твое. Я стою в полной тишине, мерзнет талая вода. Сообщений больше нет, но я и виду не подал, Что полусевший телефон не принял ни один звонок. Характер волевой засохнет на губах вином. Кому я нужен здесь? Побитый офицер. И что прохожий найдет в моем темно-сером, Как этот асфальт, лице? Кому я обещал прождать здесь еще час? И почему я всю жизнь о себе молчал? Угу, да.