Постсмертное E

So lonely на кортах в Коломне. Даже в колонии есть точь вены колотят, Съебётся Володя удобрять котихом огород. Оградите детей от наркотиков. Тут гуки поселились напротив. Морозы Москву колотят. О чём шумят на столбах провода? Тут Семён Фарада и Сергей Мавроди скинули глину на Русский народ, но не хватило водки. Как всегда, нашлись проебавшие стоять у параши. И нет глаз роднее и краше. Тлеет в моей башке Всем тесно под этим небом, И рвётся душа, как баребух, и льётся сладкий Бубалех. Если один в танке насрёт, Все задохнутся, но наш катафалк не заблудится, Приедет в срок проводить тебя в последний Путь-дорогу к единственному твоему настоящему дому. Оградить это пора Володю от нескончаемых гор Наркотиков, бандеры Одине на Бирюлёвском колбасном Заводе. Эй, голистолаз, ты кровь пролил, Кривоногое отродье. Ебалом измерять длину порога и пробовать подошву Ботинок, жарить в микроволновке жёлтые ногти, Грядки зубной щёткой полоть. У женщин в трусах половодье, а у меня гигант Половой. И я горжусь своею родною страной и ладонь, Измазав в говне, поднимаю. А ты поглубже, заяц, глотай, за яйца покусывая Зубиками. В очке неизвестные бактерии, В кишечнике зуд, и в общем-то, Я нищеброд разутый. И гуки гроб так плавно несут. Романычу всё так же откладывают суд. Я ей отсосу и помою посуду. Ебать козу на возу.