Марабу E

Читая рэп, мне всё труднее его писать. Раньше закрывал глаза и горе по колено. В фантазиях приходило всё, что б мечтать про ту Ще при меня, чтоб я целым вышел из этой Сцены. Тут внизу столько народу, слава Богу, я Выбрался. Я оставил позади пидоров и скотчей, как Руки тянутся до сих пор с просьбой: вытащи. Отец учил не доверять даже ему, я с годами Понял, в чём смысл. больше незачем бежать и цую Ебать. Малый уже вырос, в ушах также марабу. Проблем было много, но выстоял из боли. Сам себя мотивировал, ведь дохуя на кону. Я пробирался через насмешки и хохот. Дни меня закалили, суть не в реплях гандонов. Топлю за своё, ведь мне похуй. Топлю за своё, ведь я должен. Я горю за то, что я создал. Я просто брал и делал, похуй, что на пути Сметалось стены. Пока дочь меня видит так в глазах Папа Феникс, я снова, блядь, завёлся. Каждым углом на нём, я сокол, бля, нужно больше, Те просто рвать мне нужно больше. Я не хочу заглядывать в будущее, чтоб Бога не Смешить. Пару литров рип, плюс адреналин, и снова жив. Угораю на себя, стоя перед разъёбанным зеркалом. Пятна крови на полу на фоне истерики. Я засыпаю в пять утра холодным воскресеньем. Ко мне приходят мёртвые просить прощения. Надо нафармить на хату мне, чтобы гордилась семья, Чтоб не прослал пиздоболом тот рэпер, сказав, Что он с музыкой тут до конца. Они не верили в меня, даже когда я старался Не врать им. Пережил боль я дуром, теперь стираю Их память. Всё, что осталось по жизни, я вытяну, Как трактор. Перед иконой на стёкла упал, это моя Карма. Внутри меня тогда потух факел, Но я нашёл искру и поводы двигаться дальше. Меня ломало, как мело доски сжимало в мякиш. Шлёпнул без повода на самое дно этой каши. Я хожу по земле босиком, не оставляя следов. Мои куплеты живут в лабиринте, закрыты на сотне Тысяч замков. Нас не забудут уже имена, Запечатаны оловом вылеты слова. К4 Рек это наше начало. К4 Рек это наша основа. А пополам переломан. Каждый раз ломал себя за блядское слово. Не хотел их литься, закрывался дома. Моя боль убьётся и начнётся снова. Ждёте на мой слив, гандоны. Открываю водку, будто гроб Пандоры. Не хотят платить лавы внутри конторы. Покрути вокруг меня одни фантомы. Ха, блядь, так кто мы? Я всё проебал, а ебнуть готовый. Это тёплый луч не светит на оковы. Если заебал, так из меня который. Глядя на меня, вдруг заревут иконы. Я их умолял, как пережить загоны. Потерял семью, друзей всех знакомых. Я уже на дне, но берегу патроны. Во всём хуёвый. Я разъебался на муте, прикован был койке. Мой цвет настроения чёрный. Я подарил себе розы, сжимая шипы, Как занозы, колюсь, а свочёзный. Да, я по большему счёту не чувствую жизнь. Мне судьба покидала, как чётки. Я вижу мир вертки, краска опять чёткая, сгорая, Как Феникс, но всё же нечёткий. Моя кровь идёт со рта, хочется въебать солда. Моя концентрация поднять со дна, что течёт слюна. Какова цена? Я затянул ибо на выборы волком. Надо было как-то выводы выплевывать океан. Вы на выгоде забыли, напилили карман. Я так еле-еле хотел это вывезти всё сам. Я же просил у Бога, всех простил и просил Немного. Я на ногах, в никуда дорога, Вся подошва стёрта, что-то давит горло. Я же молил у Бога, но я ослаб и Видать надолго. Я будто маленький мальчик, Что хочет тепла, видит семьи и смотрит им в Окна.