Выбор E

Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив. Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив. В одном из домов, какие есть в каждом районе, Тысячи городов нашей необъятной Родины. Один из ста сорока миллионов подданных. Простой пацан, как я и ты, без погон, Без понтов, без ксив, но с гонором. Жилистый, но не слишком здоровый. Так турники во дворах. Просто жил, слушал рэп, курил, пиздил быдло. Но пришла пора взрослеть, делать какой-то выбор. На районе все, кто не бухают, те торчат. Кто не мусор, тот сидит из бывших бычар. Единицы кем-то стали и это печально. Уже нет той прежней стаи, надо отчаливать. Так решил он. Взяли напрокат белое платье, Надели кольца, дали клятвы, сняли хату, Открыли дело, заняли денег у брата, А через год он стал отцом. Все пиздато. Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив. Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив. Шли годы, но дела не шли в гору, шли В пизду. Одни долги, денег еле хватало на еду. Они стали чужими друг другу. Блядь и мудак. День и ночь руган, Чуть не доходило до драк. Он убегал из дома и возвращался под утро пьяный, На ходу вытирая чью-то помаду с губ, Но не буянил, просто мылся и ложился спать. А вечером опять долги. Мудак, блядь! Телом будучи жив, Душой горел в аду. Выл навзрыд на ходу у всех на виду. Разбивал кулаки о стены, падал на землю и орал Как резаный. Кто-то вызвал сирену. Оказалось, что после очередного скандала он долго Думал, потом молча собрал чемоданы. Она держала, но он вырвался и хлопнул дверью. Она кричала, что убьёт себя, но он не верил. Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив. Это ещё одна тема про жизнь. Из подвала по подъездам на этажи. Посвящаю её тем, кого нет с нами и читаю Её тем, кто всё ещё жив.