Москва — Калуга-1

Сдохнуть бы как-нибудь глупо. Подавиться яблоком прямо. Между хохливших там пассажиров. Первой утренней электрички Москва-Калуга один. Вишенка на торте нелепой моей полужизни. Странно думать, что ты сейчас где-то улыбаешься, Поправляешь одежду, но, скорее всего, Просто спишь. Сейчас-то раннее. И видит ли кто-то, как первое солнце, Проникая украдкой сквозь неплотно прикрытые шторы, Попадает тебе на волосы, что словно сполотен при Ропоэлитах слушает и твое дыхание. Я Не с какой задней мыслью попросил бы руку, Отдал бы руку и жизнь бы отдал, Если бы было нужно. Но ты не поверишь. И никто не верит. И всем все равно. Будто тугая прозрачная пленка Отделяет меня от мира. Вроде чувствую все и вижу, но как не со Мной все это. Может, просто от недосыпа? Может, Просто от недосыпа. Может, просто от недосыпа. Может, просто от Недосыпа. Может, просто от недосыпа. Ведь казалось же чем-то большим, чем-то и ничем, И великим, может быть, даже лучшим в жизни из Того, что мы можем сделать. Остается смотреть в пространство, Задавая ему вопросы и бросать тишину слова, Будто камушками в море. Сдохнуть бы... Да никто не верит. Нелепой моей полужизни. Ты помни, вот в чем правда. Приручить стихию можно лишь иногда поплавать, Пока она позволяет, пока не бросит на берег. Ты будешь все ждать чего-то, рассоленный и ослепший. Рассоленный и ослепший.