Постскриптум

Вот ещё эксперименты. Эксперименты, факты, Истина в последней инстанции. А фактов вообще не бывает, а уж здесь и Подавно. Здесь всё Гёте выдумал. Здесь это чья-то идиотская выдумка. Неужели вы не чувствуете? А вам, конечно, до зарезу нужно знать чья. А почему? Что толку от ваших знаний? Чья совесть от них заболит? Моя? У меня нет совести, у меня есть только нервы. Обругает какая-нибудь сволочь рано, Другая сволочь похвалит ещё рано. Душу вложишь, сердце своё вложишь, Сожрут и душу, и сердце. Мерзость выльешь из души, жрут мерзость. Они же все поголовно грамотные. У них у всех сенсорное голодание. И все они клубятся вокруг. Журналисты, редакторы, критики, Бабы какие-то непрерывные. И все требуют: давай, давай! Какой из меня, к чёрту, писатель, Если я ненавижу писать, Если для меня это мука, болезненное, Постыдное занятие, что-то вроде выдавливания Геморроя. Ведь я раньше думал, что от моих книг кто-то Становится лучше. Да не нужен я никому. Я сдохну, а через два дня меня забудут и Начнут жрать кого-нибудь другого. Ведь я думал переделать их, а переделали-то меня По своему образу и подобию. Раньше будущее было только продолжением настоящего, А все перемены маячили где-то там, За горизонтами. А теперь будущее слилось с настоящим. Разве они готовы к этому? Они ничего не желают знать, они только жрут.