МОБ E

Underwater слаг, Underwater вас в рот, как Моп Двадцать пять лет назад я был сиды с Дидров, но не каждый поехавший ниггер так смог. Я в этой шалаве так дип, как Моп. Гопую рэперов белых, как смог. Конец твоей тусе это випы со мной. Попробуй найти теперь этих лохов. Рэп-инвалиды стучат мусорам, минус вайб, как Вуди Вудпекер. При виде проблем он не убежал, по привычке встал на колени. Я делаю деньги на этом дерьме, заберу до последнего пенни. Твой рэпчик беззубый, как бомж у вокзала, и так же падкий на пенис. Я был наверху столько раз, но где попроще, там мне комфортно. Я слышал, что батл-рэп это спорт, но батл-рэп это порно. И пусть мои треки заблочил Вэкин, но нас не выгнать от микрофона. ВИЧ инфицирован у твоего братана проблемы с гандоном. Меня зовут Саша Пархоменко, с кем баттлить всегда было похеру. От коммерсов до полупокеров на техно-транс поле Газгольдера. Но что-то желающих мало бэттлить, и не могут бегать и делать бэки. Вчера бэнгер, сегодня бэнгер, Underwater в доме, мы как Wu-Tang. Мы рэперы-староверы с правильной атмосферой. Наш рэпчик был на первом, в клетке наше дело. Так чтоб сказали: «Саня, расслабься и иди попей-ка водички с Марса». Но нет, я буду им делать мясо, они все бросят вегетарианство. Просто так мало больших, такое обилие лил. Что бы сказал Бэджи, услышав новомодный дрилл? Но завсегдатые в зале знают, кто здесь валит солидарен. Underwater Моп уникален, пьянки с пьянкой еще до кони. Я помню осень две тысячи семь, мне девятнадцать, читаю рэп. Underwater, мы под водой, Моп как Моп Дип, Дип как Гипсет. Читал поверх восемьсот восьмых, пока Руреп сидел по подъездам. Отдали им ноль восьмых, погнали дальше, нам не до текстов. джинсах Cavalli, R'n'B party, везу им А надо было лишь сделать трек ном пал. или умирай, попали в рай, там Дуня неграм читал фристайл. Судя типа, как с точечка орал, выпал сука, ты заебал! Underwater закрытый клуб, клуб двадцать семь нахуй идут. Умирать легко, ты жить попробуй, пока мир вокруг летит в пизду. Мы там занимались скромными вещами. Но когда они нас вспоминают, говорят: «И больше таких не качали».