Серый [Северная История 2]

Над тайгою холодное солнце, Луч цепляет колючий Забор. В поцаревшем Промёрзлом бараке, Умирая, лежал старый вор. Умирал человек очень сложный, Нелюдимый, жестокий и злой. Звали Серый его и боялись И простые зэка, и конвой. Он лежал на чернеющих нарах И угрюмо глядел в потолок. «Позовите попа», прошептал он, «пусть скорее ко мне он придёт». Через час подошёл старый попик, Старый попик из бывших зэка. В чёрной длинной заштопанной рясе божью книгу Сжимала рука. Поп присел на холодные нары, Молча за руку Серого взял. «Я не исповедь здесь начинаю», Задыхаясь, вор тихо сказал: «Я не верил ни в чёрта, ни в Бога, Шёл на поле немало годков. За мной реки невинной, поп, крови и десятки лежат Мертвяков». «Но два дела я, поп, не забуду, Умирая, хочу рассказать, Как убил одного я мальчишку После дела решили убрать». «Этот парень ночами мне снится, Ему было семнадцать годков. Я ж с дружками тогда веселился, А убил просто так, из-за слов». А ещё поп ночами приходит, Всё приходит девчонка одна. Барахло мы из хаты тащили, А она в эту хату зашла. Как просила меня, умоляла, Не забуду я, поп, никогда. Всё молясь, на коленях стояла И мне глядя в глаза, умерла. Над тайгою холодное солнце, Луч цепляет колючий забор. Ранним днём в страшных адовых муках В мир иной отошёл старый вор.