никто

На перепутье ли, на перегибе, в час, Когда окна холодные спят, Он не страшится ни дна, ни погибели, Ни обречения на тлен и распад, Ни кислоты первобытного ящера, Ни темноты, куда каждый влеком. Просто боится себя настоящего тот человек, С кем никто не знаком. Просто боится себя настоящего тот человек, С кем никто не знаком. Жизнь так похожа на фильмы Рязанова. Главный герой неизменно дурак. И переснять невозможно из заново, Пробы назначить не выйдет никак. Все то у мира беспечно гулящего, Утром Мосфильма, под вечер Ленком, Тихо теряет себя настоящего тот человек, С кем никто не знаком. Тихо теряет себя настоящего тот человек, С кем никто не знаком. В час, когда Либерти, Нобель и Пулитцер острой Стрелою стремятся за МКАД, быстро одевшись, Он выйдет на улицу, щелкнув собачкой дверного замка. Как плащ-енец развеется плащ его, Нищ полугол, как всегда босиком. Он вознесется к себе настоящему, Тот человек, с кем никто не знаком. Он вознесется к себе настоящему, Тот человек, с кем никто не знаком. Кто в обходную, кто в срез котлованами, Через забвение в две тысячи лет Будем ходить мы каликами рваными, Ждать хоть намека, хоть маленький след. Сказано ищете, значит, обрящете. С этой поклажей, со всем рюкзаком, Силились в себе отыскать настоящее, То, с чем никто никогда не знаком. Силились в себе отыскать настоящее, То, с чем никто никогда не знаком.