Цунами из приёмных E

Мне приснился человек. Он почти что одолел через чёрные вольеры, Через холод наших тел. Две недели в темноте. Смысл не способен тлеть в мироточащем узле. Ленин дал бы мне респект. Обезьяны жрали сперму. Всё же молодость процесс. Это те слова с небес, когда молча плачет бездна. Вот тебе на спину крест, в никуда летящий рейс. Гляну в самый тёмный лес, зная в этом лимбе Весь. Я давно не жду чудес. Слово набирает вес. Я вижу пятку Ахиллеса между всех звериных резин. Я живой, пока я весел и перчатки не повесил. Блядь, под прессингом агрессии следы этой звериной. Пару спелых тысяч жизней он с утра запил Мириндой. Я хуярю в лабиринты, жру твой мир, Как аскарида. Жду, когда уже сгорим мы. Ужас ёбаных горилл, что всегда купались гриме. Когда все вы, суки, вымрете, Вселенную спасём. Я оттуда вышел биться в ринге, Ёбаное всё. Пересёкся с своей доблестью, она вообще ничё. А куда она течёт? Колес крови из болей вижу множество полей. Люто тлею, как полено, отдаю тепло лишь ей. Кто-то в клетке на игле. Я свободен в сей игре серых гремлинов Эль Греко В затонувшем корабле. Я снова возвращаю лето. Кто-то воевал со смертью, кто-то накормил её. Желаю, братья, вам полёта. Гляньте, как крепчает лёд. Мы тут море наплюём. Вон цунами из приёмных. Ты схватился за верёвку, она привела к могиле. Зачерпни свои мотивы, пока не помолотила, Пока небо молодым. Вагонетка в никуды. Вникнув в пыл, клади цветы.