цех live х mmmesss

Мы с тобой видимся почти что каждый день. И в твоих наушниках играет поебень. Напялил лательняшку и тупое сидит. На шее цепь шамана ослепительно блестит. Опустошенно глядит депрессивное лицо. Но вечером внезапно вдруг все станет хорошо. Бутылка полторашки осчастливит, как всегда. До дома добираться пьяному где-то полчаса. Я ненавижу рейвы, ненавижу тебя. Этот странный фокус побочает меня. Мои тупые мысли ведут не туда. Другом мне был лаваш, но я убил себя. Ненавижу рейвы, ненавижу тебя. На твоих фотографиях у меня пустота. На всякий по плану схожу с Ума. Все, что успею, это я люблю тебя. Ненавижу рейвы, ненавижу тебя. Этот странный фокус побочает меня. Мои тупые мысли ведут не туда. Другом Мне Был лаваш, но себя. Ненавижу рейвы, ненавижу тебя. На твоих фотографиях у меня На Всякий Случай по плану я Схожу с Все, что я Успею, это Люблю тебя. Убил видимся почти что каждый день. И в твоих наушниках играет поебень. Напялил лательняшку и тупое сидит. На шее цепь шамана ослепительно блестит. Опустошенно глядит депрессивное лицо. Но вечером внезапно вдруг все станет хорошо. Бутылка полторашки осчастливит, ненавижу рейвы, Тебя. Этот странный фокус побочает меня. Мои тупые мысли ведут не туда. Другом мне был лаваш, но Я убил себя. Ненавижу рейвы, ненавижу тебя. На твоих фотографиях меня пустота. На Всякий Плану Я схожу люблю Тебя. Тревожно сердце то и тело стонет гром. И вещи превращаются все на потом. Не думай, думай я при этом обо всем. Терзает мысль, как на других одному. Почему так слаще? Почему так слаще? Почему не знаю, что к чему? Наверно, что-то знаем. Залитой плави. Только стоит верить никому. Почему не верить? Верить? Пару сотен раз перед тем, Как что. Ты давай верь. Снимай шляпу. Я тебя ждет и я жду. Что меня, Ждет Меня, Меня. Я пытался видеть нести этот путь, Пытаясь убивать о твердую грудь. Ночами думая О том, нам с тобою шагать по тропинке Двузначной в темноту. Я пытался видеть и нести этот путь, Пытаясь голову убивать о твердую грудь. Ночами думая о том, Как же нам с Тобою Шагать Тропинке Двузначной в темноту. Привет! Пытаюсь написать письмо уже как пару лет, Но каждый раз стираю его до конца. И все мои надежды давно сошли на нет. Но представляю, как лягут у тебя строки, Что прочтет твой нежный взгляд, строки, С которыми борется моя. Строки, в которых услышишь ответ. И откажешься то, что здесь. Не всякий раз из строки убивать так тяжело. Я умираю вместе с каждым письмом, И судорожно держит моя рука перо, Мелькая в холодном свете ночном. И строчка за строчкой бегут по листкам в старом Изможденном блокноте листе. И ты читаешь горячие сны о жалобно ярком горящем Огне. Не знаю, надолго еще. А в Общем-то, прямо сейчас я начну свой грустный Рассказ. И сотни тысяч идей возникали в моей Голове Болью поживали со мной в годы детского Дурдома. Поверь, так сложно сразу не сойти с ума и Это все довести до конца, совершенно не зная, Каким Точно будет узнаем. Сложно голову. Еще один круг на часах, еще пара рук на Плечах. Больно бывает без вас. Еще круг на часах, еще пара рук на плечах. Нас точно греет страх. Азарт этих холодных фраз. Поверь, так сложно порой не сойти с ума. И это все пройти до конца, совершенно зная, Каким он будет. Точно Ночь моя голова. Возможно, злая, но будет Прости меня. Знаю я. С каждым шагом все ближе, все двери открыты и Стены увиты. Но, оглянувшись назад, за вьюгой не видно метели Обиды. А дождь, словно крики, вернутся как было. Из-за чего этот страх? Рано или поздно куда-то заносит, Кого-то заочно, кому-то без прочно. Ну и кому же решать? Сквозь ветер, сквозь зимний, сквозь солнце и нити Мечты на орбите они не забыты. Себе я пытаюсь сказать. Себе, все Себе. Поверь, так сложно порой не сойти с ума. И это все пройти до конца, совершенно не зная, Будет. Точно Не будет, зная. Хуйня полная в конце. Мы наоборот подумали, что вы еще дальше продолжите Играть. это все, это конец? А сколько минут? минут получилось? Сорок два. А, ну, ладно. Все снято. Снято. Все, ура! Ууу! Надо будет посмотреть еще раз. Та та та та. Да я не слышал, что ты играл. Так. Играешь что-то в железках?