Повесть о настоящем человеке, соч. 117, действие II картина 5: Сцена "А комиссар?"

А комиссар? А что комиссар? Жив и здоров. Профессор он, древности из-под земли Выкапывает. Голоса, правда, лишился. Хрипит. Да на что ему голос? Он же не Лемешев. Ну что вы за человек! Всех к себе притягиваете. С вами в госпиталь точно сама весна вошла. Не врач вы, а лечите лучше врачей. Каждому вы подобрали свой ключик. Подберешь ключик такому... Случилось с ним самое страшное: Замкнулся. Замкнулся он в горе, сестреночка, Накрепко. Уж лучше бы плакал, ругался, буйствовал. Лежит тут, а все воюют, даже Сопливые мальчишки точат снаряды. Меня мои конники ждут. Герой герою, молодец молодцу. Вот лед пройдет, дороги подсохнут, И я уйду! Лед пройдет, смоет нас половодьем, И айда ногами Вперед в пятидесятую палату. Зачем же мертвецкой, Борода? Давайте лучше да погадаем, кому Плясать сегодня, кому из нас ждать писем. Пачки писем со всех концов получит Полковой комиссар Воробьев. И нашему танкисту усердная Анюта, Небось, уже давно сидит и пишет.