Главный визирь

Главный визирь, его превосходительство Низам Ал-Мулк, пребывал в прекрасном настроении. Он восседал на жестких подушках, И розовая скатерть, похожая на гигантский лепесток Персикового цветка, лежала на каменном полу между Визирем и Омаром Хайямом. Раб-нубиец принес сосуд с шербетом, Два тонкостенных фиала сушеных фруктов, Миндаля в сахаре. А еще, Я, кажется, достаточно ясно намекнул: Вина не достает столу. Приятная беседа требует вина. Не так ли, Омар? Лучшая часть застолья это беседа. Верно, беседа. Беседа показатель ума. И все-таки? Шербет и миндаль. Что может быть лучше? Лучше вино. Поэты любят вино. Да? А разве нет? Можно подумать, что ты только понаслышке знаешь Поэтов. Все царства мира за стакан вина, Всю мудрость книг за чистоту вина, Все почести за блеск и бархат винный, Всю музыку за бульканье вина. Ну и как, Нравятся эти рубаи? Мне нравятся, Особенно твое чтение. Это твои рубаи? Разве я поэт? Вот как. А это? Не станет нас, а миру хоть бы что. Исчезнет след, а миру хоть бы что. Нас не было, а он сиял и будет. Исчезнем мы, а миру хоть бы что. А это? Ты обойден наградой позабудь. Дни вереницей мчатся позабудь. Небрежен ветер в вечной книге жизни мог и не Той страницей шевельнуть. Твои? Возможно. Ну как это, возможно? Разве ты сомневаешься в этом? Разве не узнаешь свои рубаи? Я не поэт. Моя профессия математика и астрономия, И философия. А стихи? В свободное время, иногда. Мои мечты не о стихах. А о чем же? Моя голова и все существо мое заполнены мыслями об Обсерватории. Только о ней. Я приехал в этот прекрасный город не стихи писать, А заниматься астрономией. В наше время над всем духовным господствует Математика и философия. Газали Обвиняет тебя в богохульстве. Это неправда. Он врет. Газали вопит: мир в опасности. Омар Хайям водит нас к безбожию. Это неправда. Я говорю, я утверждаю: мир создан Аллахом. А дальше? Аллах Сделал великое дело. Бог создал звезды, голубую даль, Но превзошел себя, создав печаль. Растопчет смерть волос пушистый бархат, Набьет землею рот, и ей не жаль. Твои стихи? Если мельницу, Баню, роскошный дворец получает в подарок дурак и Подлец, А достойный идет в кабалу из-за хлеба, Мне плевать на твою справедливость, Творец. Твои? Добро и зло враждуют, мир в огне. А где же небо? Небо в стороне. Проклятия и яростные гимны не долетают к синей Вышине. Твои стихи? Лучше впасть в нищету, голодать или красть, Чем в число блюдолизов презренных попасть. Лучше кости глодать, чем прельститься сластями за Столом у мерзавцев, имеющих власть. Твои стихи? Я спрашиваю тебя, уважаемый Хаким. Да, Мои, твое превосходительство. Ты их давал кому-нибудь? Нет. А как же они попали ко мне? Я этого не ведаю. Я никому не поручал добывать их. Значит, принесли тебе мои недруги. Их принес сам Газали. Я пишу стихи только для себя. Глупо писать стихи после великого Фирдоуси. Понимаю твою скромность, но твои враги, Уважаемый Хаким, Не дремлют, они жаждут твоей крови. Ты это знаешь? Да. Так вот, будь осмотрительнее, Хайям. Газзали разъярен. Он засылает письма Его Величеству, всячески понося Тебя. Он требует смести с лица земли рассадник всяческой Ереси, как он всюду кричит, исфаханскую Обсерваторию. И он не один. У него тысячи последователей и единомышленников. Появился еще какой-то Хусейн. Он открыто грозит тебе. Ты знаешь об этом? Мне все труднее становится защищать тебя. Зачем же ты даешь им в руки оружие, Которое они обращают против тебя? Это получается против моей воли, Как и у тебя, твое превосходительство. А как это получается у меня? Не знаю. Но врагов у тебя еще больше, чем у меня. И они тоже жаждут твоей крови. Будь и ты осторожен. Я хочу, чтобы ты долго-долго жил, Долго здравствовал здесь, у трона. Это великое благо для всех. Да, ты прав, врагов у меня много. Но отступать нельзя. В этом мире глупцов, подлецов, Торгашей Уши мудрый заткни, рот надежно зашей, Веки плотно зажмурь, хоть немного подумай о Сохранности глаз, Языка и ушей. В этом мире на каждом шагу Западня. Я по собственной воле не прожил и дня. Без меня в небесах принимают решения, А потом бунтарем называют меня. Не одерживал смертный над небом побед. Всех подряд пожирает земля-людоед. Ты пока еще цел и бахвалишься этим. Погоди, Попадешь муравьям на обед.