Мама

Из туманных сиреневых далей я вернулся в родные края. Там ветра мою память листают, там ковры устилают поля. С головой непокрытой, родная, на дорогу выходишь встречать. Знаю, мама, заранее знаю. Знаю все, что ты хочешь сказать. Да ты не стой и не плачь на ветру. Не зови меня горьким безбожником. Мы пойдем с тобой в храм поутру. Я хочу помолиться угодникам. Я пред ними покаюсь грехах, расскажу о печалях немыслимых, а потом попрошу при свечах долгих лет для тебя, для единственной. Закудрявились желтые клены, зашумели осенней листвой. У калитки до боли знакомой с непокрытой стоишь головой. А ветра нам поют о разлуке. Прижимаю к горячим губам твои нежные, милые руки. Я тебя никому не отдам. Да ты не стой и не плачь на ветру. Не зови меня горьким безбожником. Мы пойдем с тобой в храм поутру, мам. Я хочу помолиться угодникам. Я пред ними покаюсь грехах, расскажу о печалях немыслимых, а потом попрошу при свечах долгих лет для тебя, для единственной. Да ты не стой и не плачь на ветру. Не зови меня горьким безбожником. Мы пойдем с тобой в храм поутру, мам. Я хочу помолиться угодникам. Я пред ними покаюсь в грехах, расскажу о печалях немыслимых, а потом попрошу при свечах долгих лет для тебя, для единственной. Долгих лет для тебя, для единственной.