Сугробы

Сугробы белые, как простынь, а в горле колет, словно кость. Про насморк помню, про зиму злостную, а лица девичьи все врозь. В тесной кухне дым коромыслом, стол скрипит под тяжестью дней. Друзья мои, братья по смыслу, в стаканах плескалась метель. Гремели гитары аккорды нескладно, шутки летели в морозный туман. Казалось, нам вечность дана безвозмездно, а мир умещался в замерзший стакан. Сквозь запотевшее окно видно слабо, как снег засыпает родной наш двор. И прошлое шепчет, крадучись упрямо, как будто зовет на забытый костер. Про друзей и про пьяные песни, про снег и про боль в голове, про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. Про друзей, про пьяные песни, про снег и про боль голове. Про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. Забыты приметы, забыты и взгляды, лишь фото поблекшее греет душу. В сугробах тогда утонули все клятвы, и ветер развеял надежды послушно. Потехи нас ждали, хмельные объятья и утром с похмельем, как вечный укол. Мы верили в сказку простое мы счастье, но время безжалостно точит топор. Про друзей и про пьяные песни, про снег и про боль в голове, про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. Про друзей, про пьяные песни, про снег и про боль в голове. Про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. А помнишь тот вечер? Сугроб по колено и смех, что звучал, как хрустальный звон. Все кануло в лету безвозвратно, мгновенно, оставив лишь пепел на месте былом. Про друзей и про пьяные песни, про снег и про боль в голове, про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. Про друзей, про пьяные песни, про снег и про боль в голове. Про девушек, что ушли в бездну, лишь эхом оставшись во мне. Насморк, сугробы, гитар перезвоны и юность тает во мгле. Сугробы белые, тишина. Насморк утих, но память жива. Прошлое греет, хоть и обманом, и больше не будет, как было тогда. А, ага.