Это было в песках

Это было в песках под крещенский мороз. Замерзал я в холодной пустыне. И судьба нас свела со старлеем всерьез, Со старлеем с висками седыми. Мы в палатке одной замерзали вдвоем, На двоих папироску делили. А потом он сказал: "Друг, давай запоем!" И в два голоса мы захрипели. Пели про лошадей из вечернего дня, Что скакали вдали легким бегом. А потом он пил спирт и смотрел на меня, Запивая растаявшим снегом. Он сорвал свой бушлат и отдал его мне: "На, погрейся, ведь ты замерзаешь". Мы сидели вдвоем в зимней той тишине. Он спросил у меня: "А ты знаешь, Что такое война? А стреляли в тебя? А ты видел живого душмана?" Я качал головой, понимал его я в том его Незажившая рана. Он смеялся и пил, и мне все говорил: "Вы завязли дерьме и сожрались". А потом он уснул, я бушлатом прикрыл и добил Все бычки, что остались. Мы по жизни пути запрягаем узду и Купаемся в звездных фонтанах. Если б только я мог, я достал бы звезду, Чтобы стал мой старлей капитаном.