Много судеб кострами отгорело

Много судеб кострами отгорело. Много судеб грозами отгремело. И мы с ним встретились еще раз. Уже который раз возле железных ворот кладбища я вижу Одного старика. Пройдет кто мимо он глаза прячет, Отворачивается. В этот раз старик не стал от меня отворачиваться. Здравствуй, отец. Я тебе не отец. Никому я не отец и не сын. Я никому никто. И как чувствую, не спрашивай. Нет у меня чувств. Кончились. Погоди-ка немного, Поговорим. Мне бы давным-давно туда надо Перебраться. Чего ж ты Не перебираешься? Самигулла не велит. Ко мне и близко не ложись. Даже в ворота меня не пускает. Какой Самигулла? Тот Самый, Которого я тогда убил. Я ведь его два раза убил. Сначала честь его убил, а потом и его самого. И вы так спокойно говорите об убийстве? Я знаменитый вор Ярулла. Когда деньги у Самигуллы брал, дверей сундука не Взламывал. Я каждый замок со своим ключом обженил. Страха не знал я. Волчье сердце у меня было. Только этот Самигулла мужество мое отнял. Трусом я стал. Не стерпел я. Пока другие палками да прутьями махали, Я только раз и стукнул. В каждой капле крови, Упавшей на землю, кто-то повинен. И ты, Ты меня не пускаешь. Бывают грехи, Которых простить нельзя. Нельзя. Люди, Вы сил не щадите. К сроку, а то и до срока, хвалу, Награды, состояние получить хотите. Душой поступаетесь, несчастные. Вы лучше за великие грехи и малые прегрешения в Свой срок свою кару получить старайтесь. Торопитесь, не опоздайте, не то придет ваш час, И эти железные ворота не откроются вам. Самигулла Не пустит, Не пустит. Пока живые, Живут все люди. После смерти же остаются Только хорошие.