Дети как дети

Маруся Кинтону в помойном ведре. Как тебе живется в этой дыре? Ты боишься ответа на этот вопрос. Он приносит беду. Первый поцелуй, от него никуда. Запах неудачи и запах стыда. И твоя девушка тихо бормочет во сне: "Я от тебя уйду". Дни как деньги только так нас гоняли, Когда мы писали на стенах свои имена. Где это имя? Где эта песня, полная печали и где та Стена-на-на-на-на-на, На-на-на-на? Будущее манит, как страшный магнит. Ты еще не знаешь, что нам грозит. И каждый твой новый день это лист календаря с Ярко-красным числом. Снова закипает в артериях кровь. Может, это ненависть, а может, Любовь. И ты забыл все фамилии, Но ты будешь помнить обо всем Остальном. И дни как деньги только так нас гоняли, Когда мы писали на стенах свои имена. Где это имя? Где эта песня, полная печали и где та Стена-на-на-на-на-на, На-на-на-на? Мало ты бездельникам не до сна. Это полнолуние, это весна. И все соседи в ужасе от громкой музыки из Окон твоих. Ты нетерпелива и так молода. У тебя на майке написано "Да". И чашка кофе дымится на утренней кухне Одна на двоих. Первое утро вдвоем все так просто, Как будто плотину прорвала вода. Ты ждала другого. Когда-нибудь будет другое, но ты не знаешь Когда-да-да-да-да-да, Да-да-да-да.