Мишкина каша: Чепуха! Сейчас принесу

"Чепуха! Сейчас принесу". Он взял спички, привязал к ведру веревку и пошел К колодцу. Через минуту возвращается. "А вода где? спрашиваю. "Вода там, в колодце". "Сам знаю, что в колодце. Где ведро с водой?" "И ведро, говорит, в колодце". "Как в колодце?" "Так, в колодце". "Упустил?" "Упустил". "Эх ты, говорю, размазня! Так что же нас уморить голодом хочешь? Чем теперь воды достать?" "Чайником можно". Я взял чайник и говорю: "Давай веревку". "А ее нет, веревки". "Где же она?" "Там". "Где там?" "Ну, в колодце". "Так ты, значит, с веревкой ведро упустил?" "Ну да". Стали мы другую веревку искать. Нет нигде. Мишка говорит: "Пойду у соседей попрошу". "С ума ты сошел, говорю, ты посмотри на часы. Соседи спят давно". Тут, как нарочно, обоим нам пить захотелось. Кажется, сто рублей за кружку воды отдали бы. Мишка говорит: "Это всегда так бывает: Когда воды нет, так еще больше пить хочется. Поэтому в пустыне всегда пить хочется, Потому что там нет воды". Я говорю: "Ты не рассуждай, а ищи веревку". "А где ее искать? Я везде смотрел. Давай леску от удочки привяжем к чайнику". "А леска выдержит?" "Может быть, выдержит". "А если не выдержит?" "Ну, если не выдержит, то оборвется". "Это и без тебя известно". Размотали мы удочку, привязали к чайнику леску и Пошли к колодцу. Я опустил чайник в колодец и набрал воды. Леска натянулась как струна. Вот-вот лопнет. "Не выдержит, говорю, я чувствую". "Может быть, если поднимать осторожно, То выдержит", говорит Мишка. Стал я поднимать потихоньку. Только приподнял над водой плюх! И нет чайника. "Не выдержала? Спрашивает Мишка. "Ну, конечно, не выдержала. Чем теперь доставать воду?" "Самоваром", говорит Мишка. "Нет, уж лучше самовар просто бросить в колодец. По крайней мере, возиться не надо. Веревки-то нет". "Ну, кастрюлей". "Что у нас, говорю, Кастрюльный магазин?" "Тогда стаканом". "Это сколько придется возиться, пока стаканом воды Наносишь?" Что делать? Надо ведь кашу доваривать и пить до зарезу хочется. "Давай, говорю, кружкой. Кружка все-таки больше стакана". Пошли домой, привязали леску к кружке так, Чтобы она не переворачивалась. Вернулись к колодцу, Вытащили по кружке воды, напились. Мишка говорит: "Это всегда так бывает. Когда пить хочется, так кажется, Что целое море выпьешь. А когда станешь пить, так одну кружку выпьешь и Уж больше не хочется, потому что люди от природы Жадные". Я говорю: "Нечего тут на людей Наговаривать. Тащи лучше кастрюлю с кашей сюда, Мы прямо в нее воды натаскаем, Чтобы не бегать двадцать раз с кружкой". Мишка принес кастрюлю и поставил на край колодца. Я ее не заметил, зацепил локтем и чуть не Столкнул в колодец. "Эх, ты, растяпа, говорю, зачем мне кастрюлю под Локоть сунул? Возьми ее в руки да держи крепче И отойди от колодца подальше, а не то и Каша полетит в колодец". Мишка взял кастрюлю и отошел от колодца. Я натаскал воды. Пришли мы домой. Каша у нас остыла, печь погасла. Растопили мы снова печь и опять принялись кашу Варить. Наконец она у нас закипела, Сделалась густая и стала пыхтеть. "Пых, пых! О, говорит Мишка, хорошая каша получилась, Знатная". Я взял ложку, попробовал. "Тьфу! Что это за каша? Горькая, не соленая и воняет гарью". Мишка тоже попробовал и тут же выплюнул. "Нет, говорит, умирать буду, а такую кашу не стану Есть". "Такой каши наешься и умереть можно", Говорю я. "Что же делать?" "Не знаю". "Чудаки мы, говорит Мишка. У нас же пескари есть". А я говорю: "Некогда теперь уже с пескарями Возиться, скоро светать начнет". "Так мы их варить не будем, а зажарим. Это ведь быстро раз и готово". "Ну давай, говорю, если быстро. А если будет как каша, то лучше не надо". "В один момент, вот увидишь". Мишка почистил пескарей и положил на сковороду. Сковородка нагрелась, и пескари прилипли к ней. Мишка стал отдирать пескарей сковородки ножом, Все бока ободрал им. "Умник, говорю, кто же рыбу без масла жарит?" Мишка взял бутылку с постным маслом, Налил масло на сковородку и сунул прямо на горячие Угли, чтоб поскорее зажарилось. Масло зашипело, затрещало и вдруг вспыхнуло на Сковородке пламя. Мишка вытащил сковороду, масло на ней пылает. Я хотел водой залить, а воды у нас во Всем доме ни капли нету. Так и горело, пока все масло не выгорело. В комнате дым и смрад, а от пескарей одни Угольки остались. "Ну", говорит Мишка, "что теперь жарить будем?" "Нет, говорю я, больше я тебе ничего жарить не Дам. Мало того, что ты продукты испортишь, Так ты еще пожар устроишь, из-за тебя весь дом Сгорит. Довольно". "Что же делать? Есть-то ведь хочется". Попробовали мы сырую крупу жевать противно. Попробовали сырой лук горько. Масло попробовали без хлеба тошно. Нашли банку из-под варенья, ну, Мы ее вылизали и легли спать. Уже совсем поздно было. Наутро проснулись голодные. Мишка сразу полез за крупой, чтобы варить кашу. А я как увидел, так меня даже в дрожь Бросило. "Не смей", говорю, сейчас я пойду к хозяйке тете Наташе и попрошу, чтобы она нам кашу сварила". Мы пошли к тете Наташе, рассказали ей все, Обещали, что мы с Мишкой все сорняки у нее На огороде выполоем, только пусть она поможет нам Кашу сварить. Тетя Наташа сжалилась над нами, Напоила нас молоком, дала пирогов с капустой, А потом усадила завтракать. Мы все ели и ели, так что тети Наташины Вовка на нас удивлялся, какие мы были голодные. Наконец, мы наелись, попросили у тети Наташи веревку И пошли доставать из колодца ведро и чайник. Много мы повозились, и если бы Мишка не придумал Подковку к веревке привязать, так бы ничего и не Достали. А подковкой, как крючком, Подцепили и ведро, и чайник. Ничего не пропало, все вытащили. А потом мы с Мишкой и Вовкой сорняки на Огороде пололи. Мишка говорил: "Сорняки это чепуха. Совсем нетрудное дело, гораздо легче, Чем кашу варить".