История одной короткой жизни E

Эти глаза с неба видели, играли в Столыпин, Этап набили. Паровоз отчалил в лагерь строгий. Шесть лет сроку. Сами ноги его протоптали дорогу туда, Куда зимой не летят снегири. Туда, где так долго тянутся дни. И он дымил сигу. Вдох, выдох. Годы за окном вагона проносились мимо. Что было, Шило жалел о немногом. Переживал, что не увидит, как дочь пойдет в школу. С ее мамкой на связи, но как-то порознь. В душе грязь и ветер с холодной моросью. За срок наш друг не гнал, не в его Силе простая истина в правде все силы предпочитал Изолятор холодных оз работе. Пацан нашинский у высоты в почете. Но время песок, время вода сыпется, Утекает в никуда, забирает близких, Когда приходят года. В лагере потерял матушку, потом отца. Почтил их память молчанием. Горячим чаем залил горечь и печаль он. За плечами маячили воспоминания, Возвращая ночами в родительский дом. И снова за окном смена сезонов. Озоновый слой все так же кружил над зоной свет Фонарей холодный вдоль колючего забора шептал, Что осталось немного. Скоро свобода и этой жизни оборвется. В стенах барака он нашел свое солнце, Связал узами брака. Не забыла братва гонит с воли грива, Греет, как пламя костра. То, что братских сердцах. И вот к концу подходит срок. Звонок под Новый год выкатывается браток. В тот вечер с Биджо заезжали к нему домой, Погнали в магазин за джинсами, дернули по одной. Радость от этой встречи была безгранична. Шесть лет назад нам это казалось привычным просто Так словиться, дунуть, поугарать. Сейчас такие моменты реже. Уже не буду скрывать. То время ушло, оно больше не возвратится. Крылатые качели улетели нам по тридцать. В принципе, мы те же, только крест тяжелее, Что на своих плечах тянем, тащим, Как умеем. Сам видишь, у пацанов все в поряде. Славян дом строит. Тоха недавно взял прадик и говорили ему: "Потерпи, не торопись, братик, все будет заебись, Мы и тебя подтянем". А он мечтал о тачках, о жизни красивой, Чтоб в карманах шуршал нал и нахуй ксивы. Криминала не надо и так потаскало немало. Надоело падать и вставать, начинать сначала. Суровая реальность закрывала шторы. Тяжелая адаптация после шестеры. Постанову не ново. Он волк матерый, но дома заебали терки. А у Алика уколы. И он ходил к нему лечиться от серости будней, Отдавая себе отчет, но не видя сути, Скрывало пацанов, что снова в старой теме, Не видя своих павших счет. Думал, они ему верят. Скажешь хули работать не шел. Накинь намордник. С работой в этой стране облом, Если ты уголовник. Он хотел. Безденежье давило очень. Хотел, но не мог дарить подарки дочери. Вскоре все изменилось. Доктора прикрыли. Он отошел и уехал на вахту куда-то в Башкирию. На созвонах через месяц вернулся домой, Взял недельный отпуск повидаться с братвой и женой. Уехал обратно, взял какой-то больничный. Что там было непонятно. Он написал мне в личку, мол, Шило, Я возвращаюсь и все такое. Поворот событий, закрученный самой судьбою. Дома с женой ругался так, что соседи слышали. Вопрос финансовый жестко давил на крышу им. Он ушел, хлопнув дверью, оставив ее одну. Она звонит. Длинные гудки. Он не берет трубу. С Валерой словился. Они пошли до центра с документами по больничному. Надо было убить моменты. Проторчились до обеда там, зашли в кафе, Потом попили чая, замучили разбег по домам. Телефон разливался на дисплее. Она совсем не хотела ругаться. Он обрывал провода, кричала душа. Он будто стоял в углу. Вдруг ему набрала одна чума и навлекла беду. Затянула к себе его, предложила. У того нервоз, стресс и в горле паршивый ком. Он кивнул. Та от души сыпанулась. Братуха, ну нахуй надо? Этерсин. Что там было дальше? Походу вообще хуёво, раз он захотел сняться и пошел До Вовы. У Вовы тоже все плохо. Наркоконтроль, розыск, белые тропы, Тропик, белые росы. И будто тьма окутала тот день и тот вечер На его мобильном больше ста не отвеченных. Пацаны в храмах ставят за его душу свечи. В наших сердцах память о нем будет светлой и Вечной. Порой нам хочется иметь все и сразу. Мечта слепит глаза. Но, брат, это стразы. Жизнь короткая может просто оборваться разом. Захочешь, но не сможешь сказать последней фразы. Порой нам хочется успеть все и сразу. Мечта слепит глаза. Но, брат, это стразы. Жизнь короткая может просто оборваться разом. Захочешь, но не сможешь сказать последней фразы.