Магистраль

Возле древней магистрали, где стволы Дерев лежали, Трехсотлетний член колхоза черный Ворон мне кричит. Обогнув седой валежник, прыгнул прямо На булыжник. «Бойся, грешник, будет кара», Черный ворон мне промолчит. Страшный клет метаморфоза, Почерневший от мороза. В глубине лесной печали шел я Мерзлою тропой. Набивал свои карманы, чтоб Купили басурманы. Говорил мне чернокнижник: «Ворон вредный, ворон злой». Да, бою я трехсотлетний, это все Навет и сплетни. Есть в мире безответней, без Серебряней меня. Золотник святого дана сделал Вещью для базара. Пусть блеснет он, как опращик, Правнук лишнего дня. Но уверен черно-синий Осквернитель ты святыни. Ни к чему мне песни эти, по душе Открытый лес. Не лабазник, не приказчик, золотник Он спрятал в ящик. И деревьям звездочетам Поклонился и исчез.