01-12

Жизнь игра, хочешь засекай. С кем угодно прожигаю, будто тащу новый кайф. Мы запишем первый тейк на любимый самый майк. Мы хранители всех тайн, нас пружинит не отчай. Небо смоет с улиц грязь, как один и тот Же файл. Мы застряли среди масс, перейдя на новый Сайт. Как поломанный девайс, где система даёт брешь. Жизнь не вечный парадайз, когда кончился рубеж. И так мало тех планет, потому мы снова здесь. Здесь земля наш паритет, как прокуренная смесь. Так проходит эта жизнь, в вечном поиске себя. Всё записано на диск с января до декабря. Мы в конце узнаем шифр, схемы, цифры или душ. Откопая словно Питер, наш правитель это Пуш. Как созвездие уродов, что проплачено их папой. Мы не кичимся погодой, но ты в пинку мне Накапай. Это чувство или фарма? Ты всегда так откровенна. Моя жизнь вот эта странна, как решение Кобейна. Мои песни как калибр, знаешь слово та же пуля. Когда люди это триггер, ранят так же, как и Дула. Ты наивно хочешь верить свои силы или деньги. Нас не ждут родные двери, так что падай на Ступеньки. Мои песни как калибр, знаешь слово та же пуля. Когда люди это триггер, ранят так же, как и Дула. Ты наивно хочешь верить свои силы или деньги. Нас не ждут родные двери, так что падай на Ступеньки. Как вернуться напролёт нашей старой Девятине? Либо плакать перед фото, типа все мы так Могли бы. Наша юность пролетела в вечной гонке за Чем-либо. Что-то прячется за телом, чему вечное Спасибо. Я как Нео в параллели на двух полосах Вселенных. Ною с крыши, как в апреле, после дыма, Как котельный. Что упало мне на плечи, кроме вечных Обсуждений? Я забрал дары их речи, словно вылетив из Тем. Как могли так обжигаться, когда рядом те же люди? Каждый ждёт своего часа, но когда же он прибудет? Я взлетаю, как Никас полосы внутри посуды. Разбавляю море красок, вижу много пустых судеб. Надо выбежать из дома, удалить старых знакомых. Это место перелома, где остался невесомым. Помню, жили в экономах, не смотрели на витрины. Как могли так обжигаться, когда рядом те же люди? Каждый ждёт своего часа, но когда же он прибудет? Я взлетаю, как Никас полосы внутри посуды. Разбавляю море красок, вижу много пустых судеб. Надо выбежать из дома, удалить старых знакомых. Это место перелома, где остался невесомым. Помню, жили в экономах, не смотрели на витрины. Были с правдой вне закона, так прожив до середины. Как могли так обжигаться, когда рядом те же люди? Каждый ждёт своего часа, но когда же он прибудет? Я взлетаю, как Никас с полосы внутри посуды. Разбавляю море красок, вижу много пустых судеб. Надо выбежать из дома, удалить старых знакомых. Это место перелома, где остался невесомым. Помню, жили в экономах, не смотрели на витрины. Были с правдой вне закона, так прожив до середины.