Край торосов

Неизменно нас влечет силою неодолимой побродить, побродить, будто ветер над долиной. В тех краях, в тех местах, где пульс отличался прытью, где, казалось, удалась, сведшись к одному событию, жизнь. С галерки взирать на пустые подмостки, точно мембрана, нежно вбирая в дне отголоски, что умиляют и одновременно жалят, как розги. Нам они дороги, дороги, как в привокзальном киоске. На то мы век упущен. Если очнешься малоречивым много пьющим, и часть себя ты точно не отыщешь боле, как та сова, проспавшая косилку в поле. Там впредь зеленеют клены. Только ты не семьи, не крова, только дым и бутылка рома. Синий дым и бутылка рома. Распустясь в груди жаркой розой, декорируют край торосов твой безжизненный край торосов. Неизменно нас влечет силою неодолимой побродить, побродить, будто ветер над долиной. В тех краях, в тех местах, где пульс отличался прытью, где, казалось, удалась, сведшись к одному событию, жизнь. Видится длинною, как каланча. В двадцать лет можно себя расточать, в двадцать лет нужно себя расточать. Глянь из окопа, пора бить прицельно. Пока ты молод, пока драгоценность, в руках драгоценность. Неизменно нас влечет силою неодолимой побродить, побродить, будто ветер над долиной. В тех краях, в тех местах, где пульс отличался прытью, где, казалось, удалась, сведшись к одному событию, жизнь.