Публика

Я публика, публика, публика Смотрю и чего-то жую. Я разве какое-то пугало? Я кровью, ей-богу, не пью. Я не пью. Со мною пивать это слегна. Слегна, слегна. я оставаюсь чиста. Чиста. Глазами пивала до черта. Черта, черта. Гордочки подольни Христа. Христа. Я руки убийством не пачкала, Лишь издали не умыкнусь, Гоняла обушенным пальчиком Мечи гладиаторам в грудь. Я поры с их крови созревшая. решая. И запах ее мне родной. Родной. Я публика, создана зрелищами. И зрелища созданы мной, мной, мной. Я щедро швыряюсь деньжонками, Мне нравится собой не с руки. Махайте, торговцы, шпажонками, Бодайтесь бодрее, быки, Бодайтесь, народы и армии, Знамена заземли в мулет, Сыграйте в пятнашечки алые С землей бандерильи ракет. Вот будет коррида и пуговки, На шаре земном благодать, Да жаль, не останется публики, Чтоб зрелище посмаковать. Мы не убийцы и не жертвочки, Не трусы мы не храбрецы, Мы не мужчины и не женщины, Мы продавцы, мы продавцы. За жизнь дерутся бычьи рожички, А у кровавого песка Кому конфетки, бутербродики, Кому холодного пивка. Коррида это дело грязное, грязное, Ну а у нас особый мир. Кого порошеного граждане, граждане, Вот приплело в охлопер. Нам все равно, кого пристукнули, Нам важно сварить леденцы. Мы никакие не преступники, Мы продавцы, мы продавцы.