загоны

Плак шелепит, две тысячи двадцать пять, Эйфория навсегда, ничего больше нет. Миром правит любовь. Я вытираю с неё свою сперму бархатным полотенцем в Отеле Токио. Ха-а. В моей голове одни проблемы и увы, Я не знаю, как мне с ними справиться. Уйди. Я не хочу вновь тебя калечить, Отойди. В моей голове одни загоны, Так уйди. Детство мне сказало, Что я ёбаный урод. Я не должен жить, а я хотел наоборот, Получить внимание, любовь и теплоту. Но прости меня, малой, мы проебали всю Нашу жизнь, всю Нашу жизнь, всю Нашу жизнь, Всю нашу жизнь. Я люблю тебя, мне наплевать, кем ты там трахалась. Сжигаю в раковине свою детскую фотографию. Зависли с тобой в Токио. Две ночи и два дня подряд в метре друг От друга, словно Хейли и Коул Спраус. Мы идем с Линаром через темный лес фонариком. На телефоне на всю громкость новый альбом Фарика. Я пьяный в щи и вообще нихуя не понимаю. Знаю только то, что этим миром правит любовь. В моей голове одни проблемы и увы, Я не знаю, как мне с ними справиться. Уйди. Я не хочу вновь тебя калечить, Отойди. моей голове одни загоны, Так уйди. Детство мне сказало, Что я ёбаный урод. Я не должен жить, а я хотел наоборот, Получить внимание, любовь и теплоту. Но прости меня, малой, мы проебали всю Нашу жизнь, всю нашу жизнь, Всю Нашу жизнь, всю Нашу жизнь. Я ценю каждую секунду, каждое мгновение, проведенное Вместе. Я люблю тебя так сильно, что мое сердце Разрывается на части. Миллиарды маленьких осколков летят со скоростью Света вверх, сквозь облака, в самый дальний уголок Вселенной и превращаются там в звезды. Они сияют ярко и снова падают на землю, становясь Снежинками, тающими на твоих губах.