Старые раны

Седой старик сидит на старой лавке, В морщинах прячется нелегкая судьба. К пиджаку приколоты булавкой Те ордена, что принесла борьба. Он курит молча, глядя на детей, Что беззаботно бегают по лужам. И в памяти — лица его друзей, Чей голос сквозь года ему так нужен. Ах, старые раны, вы ноете в мае, Но эта боль — как память тех времен. Старик сидит, весну благословляя, Под сенью распустившихся знамен. В его ушах еще звучат раскаты, И лязг гусениц рвет ночную тишь. Он помнит, как в огонь пошли солдаты, Сказав друг другу: "Брат, ты победишь". Нальет сто грамм, накроет черным хлебом, За тех, кто навсегда остался там. Под этим мирным, чистым синим небом, Где нет теперь прохода палачам. Ах, старые раны, вы ноете в мае, Но эта боль — как память тех времен. Старик сидит, весну благословляя, Под сенью распустившихся знамен.