ондскан E

Широкое чёрное устье, тебе нужно поярче. Я люблю, когда пусто, тут перерос в хлорусно. Уже не светлая грусть, мой мистер Вайт прохладная тьма, зажжётся с неба. Голубя интеркомандует лишь чернота, вместе весело сжигать нахуй всё. Эпицентром загора, распадаться на взрывы фосфоресцирующим световым ливнем. Свой трек Silent Hill напомнит о том, что я один, пусть эта смеется. То, что говорю бессмысленно, регулярный выброс отходов не боли, а боли неволей из своего огня бойней. Огненным поездом ада, не подниматься, а только падать, никак не охотник на падаль. Тучи воронов летят на открытую рану, сухие деревья у подножья скал. Искал добро, но нашёл лишь оскал, этот оскал сменяется злобным оскалом. В пизду эти речи на пульсе, ведь видимо кончен рефлекс. бы пустили мусорим этими грустными охлокративами. Пусть по радио вряд ли нас пустят, мы будем звучать им не даришь. Фонном покутыришь новые плоти, печати из рук и на лицах родных. Выступай под кес, безнадёгой пропитан её с детства. Каждый крест на свою спину взвалил, но знает блэсса. Малолетки в подъездах, но под эстаной пока, пока звучат треки как байоса. Мне сносит ебало, но это не оскал, но рашен тоска. Разбиваться как будто твоя жизнь на скалы, да больше осадков во мне или на дне в чайнике. Когда смерть не пощада, а жизнь наказание и мы платим эту боль незнанию или по тупости. Что вероятнее, я так устал, мне надо обнять себя. Этот мой свет, и через не буду, через не хочу, через не могу. Притягивает лишь этот мой кис, где увидит на божу.