Коммунисты, вперёд

Есть в военном приказе Такие слова, На которые только в тяжелом бою, Да и то не всегда Получает права командир, подымающий Роту свою. Вот заставы, коней одичавших галоп, Перекоп, эшелоны, теплозная тьма, Интервенция, пуля, летящая в лоб. И не встать под обстрелом, сводящим с ума. Он шинели на проволоку побросал, Но стучит над шинельным сукном пулемет. И тогда еле слышно сказал Комиссар: "Коммунисты, вперед! Коммунисты, вперед! Коммунисты, вперед!" Летним утром граната упала в траву. В приграничном селе покачнулись дома. Мессершмитты плеснули огонь в синеву. И не встать под обстрелом, сводящим с ума. И над взорванной Волгой из мертвых квартир в Сталинграде безростый ходил пулемет. И тогда еле слышно сказал командир: "Коммунисты, вперед! Коммунисты, вперед! Коммунисты, вперед!" Есть в военном приказе Такие слова, но они не подвластны уставам Войны. Есть превыше устава такие права, Что не всем, получившим оружие, Даны. Над февральскими пучами ветер и снег, Но железом не стынущим пахнет земля. Приближается день, продолжается век. Индевеют штыки в караулах Кремля. Повсеместно, где скрещены трассы свинца или там, Где кипенье великих работ, сквозь века На века, навсегда, до конца. Коммунисты, вперед! Коммунисты, вперед! Коммунисты, Вперед! Коммунисты, вперед! Коммунисты, Коммунисты, вперед!