Слеза скатилась у коня из глаз

Слеза Скатилась у коня из глаз. Конь взмахнул хвостом, И тотчас в голых деревьях, в изгородях, В печных трубах завыл, засвистел Пронзительный ветер, Сдул снег И запорошил Фильки горло. Филька бросился обратно в дом, Но никак не мог найти крыльца, так уж мело Кругом и хлестало в глаза. Летела по ветру мерзлая солома с крыш, Ломались скворечни, хлопали оторванные ставни, И все выше взвивались столбы снежной пыли с Окрестных полей, неслись по деревне, Шурша, крутясь, перегоняя друг друга. Филька вскочил наконец в избу, припер дверь и Сказал: "Да ну тебя!" Ревела, обезумев, метель, но сквозь ее рев Филька Слышал тонкий и короткий свист. Так свистит Конский хвост, когда рассерженный конь бьет им Себя по бокам. Метель Начала затихать к вечеру, и только тогда смогла Добраться к себе в избу от соседки Филькина бабка. А к ночи Небо зазеленело, как лед. Звезды примерзли к небесному своду, И колючий мороз прошел по деревне. Никто его не видел, но каждый слышал скрип его Валенок по твердому снегу. Слышал, как мороз, озаруя, стискивал толстые бревна В стенах, и они трещали и лопались. Бабка, плача, сказала Фильке, что наверняка уже Замерзли колодцы, И теперь их ждет неминучая Смерть. Воды нет, Мука у всех вышла, а мельница работать теперь не Сможет, потому что река застыла до самого Дна. Филька тоже заплакал от страха, Забрался на печь, укрылся тулупчиком, Весь трясся и слушал причитания бабки. Сто лет назад упал на нашу округу Такой же лютый мороз, говорила бабка. Заморозил колодцы, побил птиц, Высушил до корня леса и сады. Десять лет после того не цвели ни деревья, Ни травы. Семена в земле пожухли и пропали. Голая стояла наша земля. А от чего же стрясся тот мороз? От злобы Людской. Да ну тебя! Шел через нашу деревню старый солдат, Попросил в избе хлеба, а хозяин, Злой мужик, заспанный, крикливый, Возьми и дай одну только черствую корку. И то не дал в руки, а швырнул на Пол и говорит: "Вот тебе, Жуй!" "Мне Хлеб с полу Поднять невозможно", Говорит солдат. "У меня Вместо ноги Деревяшка". "А ногу Куда девал?" спрашивает мужик. "Утерял я ногу на балканских горах в Турецкой баталии", отвечает солдат. "Ничего, раз дюже голодный, подымешь", Засмеялся мужик. "Тут тебе камердинеров нету". Солдат покряхтел, изловчился, поднял Корку И видит это Не хлеб, а одна зеленая плесень, Один яд. Тогда солдат вышел на двор, свистнул И враз сорвалась метель, пурга. Буря закружила деревню, крыши посрывала, А потом ударил лютый мороз. И мужик тот Помер. От чего же он Помер? От охлаждения Сердца, Ответила бабка. Знати нынче Завелся в Бережках дурной человек, Обидчик, И сотворил злое дело. От того и мороз. А Чего ж теперь делать, бабка, а? Неужто Помирать? Зачем помирать? Надеяться Надо. На что надеяться? На то, что поправит Дурной человек Свое злодейство. А как? Как его исправить, бабка? Как? Об этом Панкрат знает, мельник. Он старик хитрый, ученый. Его спросить надо. Да ну его, Панкрата, Сказал Филька И затих.