Борис Годунов, действие II: "Достиг я высшей власти"

Достиг я высшей власти. Шестой уж год я царствую Спокойно, Но счастья нет в Моей Измученной Душе. Напрасно мне кудесники сулят Дни долгие и власти, ха, Безмятежной. И жизнь, ни власть, ни славы обольщенья, Ни клики толпы меня Не веселят. В семье своей я мнил найти Отраду. Готовил дочери весёлый брачный Пир, Моей царевне Голубечистой. Как буря, смерть уносит Жениха. Тяжка теснится Грозного судьи. Ужасен приговор души Преступной. Окрест лишь тьма и мрак Непроглядный. Хотя мелькнул бы луч Отрады. И скорбью сердце полно, Тоскует, томится дух Усталый. Какой-то трепет тайный. Всего ждешь чего-то. Молитвой теплой Угодником божьим я мнил Заглушить души страданья. В величье и блеске власти Безграничной, Руси Владыка, у нищяга слез Просил мне утешенье. А там донос. Бояр крамолы, козни, битвы и тайные Подкопы, глад и мор, и трус, и Разоренье, словно дикий зверь, Ищет люд зачумленный, голодная, Бедная встанет Русь. И в лютом горе, Ниспосланном богом, за Тяжкий мой грех Испытанье. Виной всех зол меня Нарекают, клянут на площадях Имя Бориса. И даже сон бежит, и в сумраке ночи Дитя окнами бледное встает. Очи пылают, стиснув ручонки, молит Пощады. И не было пощады. Страшная рана сияет. Слышится крик его Предсмертный. О, Господи Боже мой!