Некогда любить и нечего терять

Под тихий гул земли взрастает недовольство. Ударная волна, сбивающая с ног Накроет нас поздней, да так, что сгинет солнце. И тот, кто не хотел, хотел или не смог Забудет всё, что знал. И вместе с ним к ответу Нас тоже призовут, цена раскаянью – грош. Здесь каждый виноват. Но доказательств нету. И только гул земли перерастает в дрожь. Кровавая луна хохочет во всё горло, Не слушают её не напрягают слух, Танцуют на костях, шикуют раз попёрло, Покуда не ушёл из тела слабый дух. Предчувствие конца, начало смерти света. Как будто бы сквозняк и лёгкий холодок. О чём здесь пировать? И доказательств нету. Никто не захотел всмотреться между строк. О чём нам пировать, готовьте пистолеты. И ружья, и штыки, раз наступает жуть. До гробовой доски, в начале смерти света. В предчувствии конца наш пролегает путь. Стучала по стеклу холодными когтями Больная темнота, кровавый выла гимн. А вы всё жгли камин, носились за гостями, И подали к столу напитки как помин. Покуда молодой мосты сжигай и сучья, Которые прибиты в спальне словно крест, Где женщина твоя кричит почти по-сучьи От боли и тоски, во весь свой рост и вес. Когда к тебе придет не женщина, а демон, Не девушка, а труп, и ляжет на кровать, И чёрная, как нефть, беда пойдет по венам, Задумайся, о чём вообще здесь пировать? Мы сборище костей, куски живого мяса, Теряем всё, что есть и хлевом стал наш дом, Но продолжаем тратить деньги, точим лясы, Хотя уже давно беспомощно гниём. Нам нечего терять, уже всё потеряли, Что ценно, и на что могли бы уповать. Предчувствие конца, но наше или света? Готовьтесь выходить, раз нечего терять. И если это так, отбросьте страх и страсти. Куда теперь идти, сражаться, пировать Как будто мы в чужой недоброй страшной сказке И некогда любить, и нечего терять. О чём нам пировать, готовьте пистолеты. И ружья, и штыки, раз наступает жуть. До гробовой доски, в начале смерти света. В предчувствии конца наш пролегает путь.