Зимняя сказка: Далеко на севере Финляндии

Далеко на севере Финляндии, в большом дремучем лесу, росли рядом две огромные сосны. Они были такие старые, что даже седой мох не мог припомнить, были ли они когда-нибудь молодыми тонкими сосенками. Отовсюду были видны их темные, покрытые густой хвоей вершины, высоко поднимавшиеся над чащей леса. Весной в густых ветвях старых сосен пели свои веселые песенки птицы, а маленькие розовые цветочки вереска поднимали свои головки и с робким почтенным восхищением смотрели вверх на гигантских красавиц. Зимой, когда метель закутывала всю землю белым одеялом и цветы вереска тихо спали под пушистыми снежными сугробами, две сосны, словно два великана, сторожили лес. Зимняя буря со свистом и воем проносясь по лесной чаще, сметала все на своем воинственном пути, валила наземь крепкие стволы и безжалостно обламывала вершины деревьев. И только сосны-великаны всегда стояли гордо и прямо, и никакой ураган не мог заставить склонить перед собой их могучие головы. У опушки леса, где росли старые сосны, на пригорке ютилась маленькая хижина, крытая дерном. В ней жили бедные люди: лесник с женой и двумя своими детьми. Мальчика звали Сильвестр, а девочку Сильвия. Наверное, эти имена родители нашли в лесу. И это совсем неудивительно, ведь слово Silva на древнем латинском языке означает "лес". Брат и сестра очень любили друг друга и всегда были неразлучны. Вот и теперь, когда утихла метель и, мягко кружа, на землю медленно опускались легкие снежинки, дети пошли побродить по своему любимому лесу. Они сделали всего несколько шагов, как вдруг совсем близко от себя услышали, как кто-то очень грустно и тихо пел. Мы скованы стужей, мы в снежном плену. Бушует и буйствует вьюга. Под шум ее клонит и клонит ко сну. И давне видим во сне старину, то время, когда мы, два друга, две юных сосны, поднялись в вышину над яркою зеленью луга. Фиалки у наших подножий цвели, и птицы в ветвях наших пели. Зимой, прилетая из мглистой дали, белили нам хвою метели. Мы к небу тянулись из мерзлой земли, нас даже столетья согнуть не смогли. И бури сломить не посмели. Как зачарованные стояли дети и, подняв кверху свои удивленные лица, молча, не смея пошевелиться, слушали прекрасную исповедь двух древних исполинов. А ведь если ты такой сильный и стойкий, это что-нибудь да значит. Наконец, преодолев волнение, Сильвия сказала О, какая прекрасная и грустная песня! Да! Ты слышал, Сильвестр? Ведь это они пели о себе и вспоминали свою молодость. Угу. Мне почему-то так грустно, что хочется плакать. Погоди, погоди, не плачь. Мне показалось, что я и сейчас слышу чей-то голос. Так и есть! Это они разговаривают. Тише, давай слушать. В это время по лесу пронесся сильный порыв ветра. Вершины сосен зашумели, и в этот же миг Сильвия и Сильвестр ясно расслышали слова. Ну что, дружище, стоишь еще? Еще держишь небо? Ведь недаром лесные звери прозвали тебя Подопринеба. Стою, держу. А ты как, старина, все еще воюешь с тучами? Ведь и про тебя не зря говорят: Зацепитучу. Да, что-то слабею я. Слышишь, каким тихим стал мой голос? К тому же сегодня ветер все-таки сломил у меня верхнюю ветку. Видно, и вправду пришла старость. Ну, ну грешно, грешно тебе жаловаться. Тебе ведь всего триста пятьдесят лет. Ты еще дитя, совсем дитя. А вот мне уже триста восемьдесят восемь стукнуло. Ой, ой! Ничего, дружище, мы с тобой еще поскрипим, мы с тобой еще принесем кой-кому радость. Так что держись. Затаив дыхание, слушали брат и сестра этот интересный разговор двух деревьев. И наконец, Сильвестр сказал: Как интересно! Правда, Сильвия? Правда. Теперь мы знаем, как их зовут. Одну Подопринеба, а другую Зацепитучу. А знаешь, почему? Почему? Потому что они самые высокие на всем белом свете. Да, и самые старые, и самые мудрые, и самые-самые добрые. Да. Ты слышал? Они сказали, что еще принесут кому-нибудь радость. Да, да, я слышал. Ой, как все это интересно, правда? Интересно-то интересно, но мне все-таки почему-то страшно. Давай побежим домой, а? Ну что ты, глупенькая, что ж тут бояться? Да, вон, кстати, и отец идет. И верно, по лесной тропинке с топором на плече шел лесник, их отец. Он шел в лес нарубить побольше дров, чтобы в хижине ярко пылал очаг, чтобы было тепло и чтобы можно было сварить вкусный обед. Лесник увидел своих детей около двух больших сосен. Он подошел к ним и ласково сказал: А вот и вы, солнышки. Сейчас ваш отец срубит эти старые деревья. Батюшка! Их нам надолго хватит, думаю, до самой весны. Батюшка! Они такие большие, смолистые, они будут ярко и весело пылать в нашем очаге. А ну-ка, дети, отойдите в сторонку. Но Сильвия и Сильвестр бросились к старым соснам, обняли их стволы и со слезами на глазах стали умолять лесника. Милый батюшка, ты такой добрый, ты не станешь губить эти старые деревья. Дай им еще немного пожить в лесу вместе с нами. Пожалуйста, батюшка, они такие старенькие. Зацепитуче триста пятьдесят лет, а Подопринеба триста восемьдесят восемь. А как они сейчас пели, вы бы слышали, батюшка! С доброй улыбкой глядя на своих детей, лесник покачал седой головой и проговорил: Ну что с вами поделаешь, выдумщики? Где же это слыхано, чтоб деревья пели? Пели. И какие смешные имена вы им придумали: Зацепитуча и Подопринеба. Да, их так зовут. Это надо же! А да ладно уж, пусть стоят, раз вам так хочется. Я пойду, поищу другие. И добрый лесник углубился в лесную чащу. В этот миг в вершинах сосен зашумел ветер. Старые ветви закачались, и лесные великаны заговорили. Вы спасли нам жизнь, дети. Просите же теперь у нас все, что вам хочется. Ну, смелей, не стесняйтесь. Я? Я бы очень хотел, чтобы хоть ненадолго выглянуло солнышко. А то в лесу так темно, что не видно ни одной тропинки. А я, я очень бы хотела, чтоб поскорее пришла весна и в лесу опять бы запели птички. Ах, дети, как это хорошо, что у вас такое чистое, бескорыстное сердце. Вы могли бы многое себе пожелать: и богатство, и славу. А у вас такие скромные желания. Оставайтесь всегда такими, Сильвия и Сильвестр. Мы выполним ваши желания, но сделаем это по-своему. Слушайте нас. Куда бы ты ни пошел, Сильвестр, на что бы ни взглянул, повсюду сейчас же засветит солнце. Куда бы ты ни пошла, Сильвия, о чем бы ни заговорила, вокруг тебя будет цвести весна и таять снег. Ах, это больше, чем мы хотели. Спасибо вам, милые сосны. Мы оправдаем ваши чудесные подарки. Спасибо вам большое и прощайте. Прощайте, прощайте, дети. Пусть улыбка всегда озаряет ваши лица. Добрый вам путь.