Включите песню — текст будет подсвечиваться в такт
Пишу тебе за три родины мое долгое путешествие. Годы прожиты, люди пройдены, и опять живу против шерсти я. Пишу тебе за три посоха мое главное приключение. Я иду по дну, будто по суху, а мир опять плывет по течению. Пишу тебе перво-наперво о том, что уже потеряно. Пишу о том бело-набело и уже не стучу по дереву. О том, что еще не начато и неясно, когда аукнется. Я пишу тебе черно-начерно, надежду цежу по унциям. Пишу тебе за три космоса мое тайное несогласие. Я на суше черчу без компаса и сверяю моря по классикам. Я видел три вечных города и в каждом из них по цезарю. Я писал о том за три голубя, голубей подстрелили цензоры. Здесь зелено, да не молодо, время тянется, как процессия. Я пишу тебе за три голода, за семь холодов под сессию. Пишу тебе за три выстрела мое зыбкое перемирие. В кобуре моей что-то вызрело, только я не пойму, что именно. Но я вижу галеры с язвами и в тени их будто в нише я. И глаза мои вроде ясные, но в мозгу цари чернокнижие. Чудеса чересчур воинственны и в ходу по воде хождения. Здесь на каждого по три истины и на всех одно заблуждение. Пишу тебе неразборчиво и не кесарем, и не писарем. Пою тебе мелким почерком, едким месивом, горьким бисером. Пишу на деревню дедушке, забавляясь свободой творчества. За душой моею безденежье да постылое богоборчество. Я спиной к спине тот же вроде бы, а лицом к лицу так вообще не я. Я зову тебя за три родины, мое страшное возвращение. Бумага моя кончается, продолжается расстояние. Я пишу тебе, отчечаянне, из отчаяния в покаяние. Я не
