Конструктивная критика E

Намедни участвовал в действии одном, Где выступить было дозволено. Два типа сидели со мной за столом и оба Плевались бессовестно. Один, как я понял, серьёзный поэт, Высиживал с кислою миною. Второй музыкант, славою обогрет, С тоскою во взгляде всемирною. На сцене старались коллеги-творцы: Кто с опытом, кто начинающий, актёры и барды, Поэты, чтецы мог выступить каждый желающий. Серьёзный поэт пробубнил весь концерт, Мол, нету высокой эстетики. Тут рифма не та, там хромает размер, А здесь нецензурная лексика. Светило от музыки масла подлил с шипением злобного Цензора: не строят гитары, дурацкий мотив, Ущербные лабухи, бездари! Сидел я меж ними ни жив и ни мёртв. Вот-вот подойдёт моя очередь на сцену взойти под Придирчивый взор и рифмы озвучить неточные. Час пробил, уже объявили меня. Секунда и вот он, на сцене я. Читаю и думаю: точно херня по авторитетному мнению. Пока в микрофон исступлённо орал: "Годами казались минуты мне!" Прочёл про любимый рабочий квартал, Про ссаный подъезд и про Путина. Мне зал аплодировал долго в конце, Но мат, депрессуха, политика... Презренье застыло на скорбном лице соседа, Поэта и критика. Вернулся за стол я, сжимая кулак. Вот пусть только словом обмолвятся. С завирши свои я могу только так кадык откусить, Не заслонятся. Почувствовав, видно, настрой боевой, Они стушевались, заёрзали. Лишь косо глядели с усмешкой кривой, Кряхтели и яростно морщились. Решил я концерт до конца досидеть, Послушать соседей разборчивых. Возможно, и правда придётся краснеть под звуки Героев от творчества. И вышел на сцену серьёзный поэт, Прокашлялся многозначительно. Средь вашего сброда, мол, равных мне нет. Сейчас я раскрою вам истину. И начал читать. Ну, поэт неплохой, Хотя и весьма на любителя. Сперва пять минут восторгался весной, Потом что-то про чаепитие, про Родину, Что всех на свете милей, про тонкую и нежную Барышню. Строка как у Пушкина, Тонна соплей, а в целом фуфло и банальщина. Решил он внести позитива заряд, Порадовать аудиторию. Я слышал примерно лет двадцать назад, Но в форме дворовой истории всё то, Что со сцены потоком лилось. И скучно мне стало до одури. По горлу неслышно карабкалась злость на этого рифмы Поборника. Я встал, у кого-то планшет попросил. Дай, думаю, имя пощёлкаю. Я гуглил поэта во что было сил, Но Яндекс сурово безмолвствовал. Тем временем вышел явить свой талант под Аплодисменты унылые другой ярый критик, Сосед-музыкант, и начал гитару насиловать. Играл он без слов Rolling Stones и Queen, И даже пытался Metallica. Ни ноты, ни слова, ни мысли своих ни в Душу, ни в ум, хоть и классика. Закончил играть и вернулся за стол. Взглянул сверху вниз в мою сторону и задал вопрос, Ни хера снизошёл: "Ну как, рифмоплёт Недокроенный?" И больше не в силах эмоций сдержать, Я снобам ответил невесело: "Не вы ли сказали мне: Ёб твою мать? Простите, искусством навеяло." Иной сам себя ставит на пьедестал и в критики Омут кидается. Пока ты, дружок, Лужники не собрал, Засунь помело своё в задницу.