Неизвестный человек

Неизвестный человек и неизвестно, Как глубоко проникают его глаза. Я не видел вас вовсе. Темный квадрат вместо лица. Под стеклянными бутылками эго что-то твердит, А ты кричишь и спички ломаешь, Желая уйти. Уходи. Стеклянное тело приходит в сознание на металлических Лавочках. За стеклянными баками немного задумчивый Взгляд. Выжимая руки и голову в заброшенной Прачечной, возвращаюсь назад, ничего тебе не сказав. Обрабатывая голову перекисью, открываешь глаза, Почувствуя что-то чужое рядом с собой, Но это ты сам. Стакан твердых металлов на завтрак. Обволакиваю волосы между пальцев. Рука хватает меня и сжимает в кулак. За стеклянными баками немного задумчивый взгляд. Немного задумчивый взгляд. Окружение не воспринимается на вкус, Словно погружение в меланхолические иллюзии. Чувствую пульс холодных стен и вибрации век по Градус свое же отсутствие. Но мы останемся здесь, в забитой до потолка уксусном Комнате. В своих же побоях я обниму грудь, Наполненную болью, и вздохну. Рваные обои, как снят преисподней следующей осени, Словно объятия ледяного вагона рейсом «Счастье и Меланхолия». Волей-неволей, но голова в яме. Как мы попали сюда, стоя на проводах сознания? Мы останемся пьяными, да, мы останемся пьяными Встречать дальние поезда. Мир кружится в моих глазах на трубах газовых за Стеклом на твоих руках. Оступиться и сломать шею, но не упасть. Давай назовем это страстью. А мы уедем на сто третьем рейсовом туда, Где ветер спускает с одиноких крыш красное платье. Наперекор квадратным головам я склоню свою в твои Ноги, как раньше. Наперекор треугольным облакам, Мазутом на асфальте. А мир это парти ударный в хрустальном теле девушки, Способный разобрать все тело на детальки. Уполномоченный счастливой жизни человек радостно Прыгал утром на моей голове. И как в похмелье, как во вселенские муки, Я просто ну, что не держал ее холодные руки. Не держал ее холодные руки.