Петля жизни

В материальном осознании твои губы как побои ветра Весенним опьянением. Но я чувствую мелодию вечности остатками хмеля на Твоей печени. Беру за руку темное время суток и Танцую с ним до утра, не желая протушить мои Кисти красной помадой. Перевязать горло красными платьями, Лишь бы прочувствовать удары мощных объятий тебя на Поверхности кожи. Бутылка жидкости и крики птиц на крыше. Истинностью ласкали черные двери моей души. Я наступаю на ноги холоду во время вальса. Мы никуда не спешим. Луна спрячет меня под своим хрупким панцирем, И ощущение тепла пройдет. Скатываясь в подвалы, крысы жадно терзали мои глаза, Остерегая от счастья. И даже самые холодные рабы хрущевок жалились надо Мной. В воскресное утро ты пойдешь на работу и Не вспомнишь о том, как твою любовь рубили в Субботу ножницами проникая в твои зрачки. Не жди, не жди, пока люди не собрали сердце На прилавок. Все по тридцать семь. Скрепи свои губы степлером. Молчи, стоя на холодных плитах витрин. Перед глазами полулитровая бутылка, Записки в полоску в карманах и пронзающий тело жар. Это мы с тобой встали рано, чтобы немного вернуться Назад. Я спрятался в рюкзаке от ее служебных схем, Пытаясь найти пароли. На пороге в дом скорби и меланхолии увидел ответ. Мир перевернет тебя и сломает ноги. Мир без трио. Мир через призму моих снов. Одиночество. Пятна жизни уронят мое горло твоими Руками. И я падаю, срываясь с крючка, Словно в твои объятия, но меня ожидает страх и Желание подняться назад. Но меня ожидает страх и желание подняться назад. Срываясь крючка, словно в твои объятия, Но меня ожидает страх и желание подняться назад. Пятна жизни уронят мое горло твоими руками. И я падаю, срываясь крючка, словно в твои объятия, Но меня ожидает страх и желание подняться назад.