Трое в лодке, не считая собаки, Чт. 7

В эту минуту хозяина зачем-то вызвали, а мы снова Принялись смотреть на замечательную форель, все Более и более удивляясь. Тут Харрис так увлекся, что, желая поближе ее Разглядеть, вскарабкался на спинку стула. Стул поехал, и Харрис, чтобы не упасть, Вцепился обеими руками в ящик с форелью. И ящик со страшным грохотом рухнул, Сопровождаемый Харрисом и его стулом. Рыба! Рыба! Рыба! Цела ли рыба? Кажется, да. Кажется, да. Но он ошибся. Сам Харрис остался приблизительно цел, Но рыба Разбилась на тысячу кусков. А может быть, их было даже больше тысячи. Я не знаю, я не считал. Форель была гипсовая. На третий день, Когда нам предстояло покинуть Стритли, погода вдруг Переменилась, и мы отплыли под проливным дождем. Он поливал нас целый день. Ух, какая-то неприятная работа грести под дождем. Сначала мы отнеслись к погоде весело. Ну, маленькая перемена не мешает. Потом, промокнув, мы чувствовали себя все хуже и Хуже, но мы все же решили дотянуть до конца. И вот девять дней подряд нас поливал дождь. И когда, наконец, до конца нашей речной прогулки Оставалось немного больше двух суток, Мы Не выдержали. Утром, в тринадцатый день после отъезда, Три унылые фигуры, сопровождаемые явно смущенным Фокстерьером, украдкой пробирались вдоль берега реки К железнодорожной станции. Нашу лодку со всем ее содержимым мы оставили у Лодочника якобы до завтра. Понимаете, якобы. У нас просто не хватило духу признаться ему, Что мы никогда за ней не вернемся. Так кончилась наша первая И последняя прогулка по Темзе.