Ливень prod. by zipp E

Пусть никто не заходит. Я не хочу в толпе рассказываться. Давайте все лишнее выйдут И дверь закройте. Никто не будет заходить. Продолжим? Да. Спасибо. Моя страна словно минное поле. Независимость ума диагноз изгоя. Кандидатскую продать с потрохами, Если не хватает на еду и на лекарства маме. Словно гвозди в руке, чулок вместо маски. Ствол на ладони тяжелый, гладкий. Это будто сказка с кассеты VHS. Вспомнил и Горбушку девяностых, и Битувский лес. Кросс для Мери Бены. Давние мечты. Подмосковный вечер, Деревня, дым из трубы, лай собаки, Луна. Ребята дерзкие. Завалить за полтораху дело то житейское. Ничего не производим. Пьем, что пьется. Бизнес процветает, Воздух продается. Миллиарды евро. Какие разговоры, когда люди в банках ворочают Оффшорами? Шоры на глаза. Нам, видимо, так проще. Выбор налицо. На бюллетени прочерк. Мы спотыкаемся, идем и падаем ниц. Только ливень смоет улыбки с грязных лиц. Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир! Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир! Выбор путает, а информатор сеет смуту. Ветра попутного поймать будет трудно в бурю. Кому-то штиль давит тишиной на перепонки. Умом Россию не понять. То глухо, то звонко. Сыпятся звонки по разным регионам, Каждый из которых со своим свойственным рингтоном, Международным кодом, голосом, акцентом, Раскладом черно-белым или разноцветным. Попадают под проценты и под прицел. Чтобы уцелеть, нужно вовремя скинуть прицеп. Цены на дрожжах. Руководители на щах. Жизнь в бедах, как лицо аллергика в прыщах. Взмах крыльев и наш орел еще выше. Оттуда, к сожалению, хуже голоса слышно. Мы не умеем молчать и быть тише и попадаем В зубы, куда устав мышью. Грязные мысли и чистые гримасы тела героинщика не Смаскируешь в рясу. Умоется солеными слезами поутру листва. Сначала будет ливень, потом радуга. Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир! Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир! Черную гниль, что портит дни, не смыть ливнями. Сколько теплый дождь ни лил бы на мир, сколько Усердно я пытался вычеркнуть тот миг. Пятница, район, пьяница, майор и крики. Я там частенько шастал возле дома, имел знакомства, С успехом заводил новые. С подозрительным типом сводит меня знакомый и жмет Руку заплывший жиром офицер ОМОНа. В то время по-особенному все проходило. Мусора мусорами, бандиты бандитами, Шпана шпаной. Все крутятся в одном корыте. Получается этого довольны все и спины прикрыты. Килограмм прошел в районах пилятся плиты. Курьера выпустили со звонком теперь все квиты. Система варится в котле. Такой котел в каждом дворе. И вот мы за кафе курим сиги. Тогда в провинции был случай в городке автобус Мусоров втаптывал людей в дерьме. Случайных прохожих. Майор личит косяк, хвалится, как он шатнул полгорода За просто так. Я закипал на глазах. А были б вы за правая кнопка мыши выбираю Вырезать. Но рассудительность не кинула меня на Вилы. Снова смотрю прогноз. С надеждой жду ливней. Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир! Правда шепчет: «Легалайзай меня». Голос не расслышать за пеленой дождя. Гремя оковами, мы постигаем мир. Боже, останови этот кровавый пир!