Привет от Есенина

Мне написать не повесть, мне написать романа, Мне не связать сюжет, как жизнь свою живу. Я не бандит, я добрейшей души человек, Но согрешил немало за свой короткий век. Оттого я и пишу стихи свои тоскливые. По-детски я хочу, чтоб все были счастливые. Сердце мое бьется раненою птицей, Когда я понимаю, что этому не сбыться. Я благодарен жизни, что целовал я женщин, Мял с ними цветы, валялся на траве. Люблю я всех зверей, братьев наших меньших, И никогда бродячих не бил по голове. Но нет любви глухой деревни к большому городу, И равнодушным оставаться нету больше сил. Брошу к черту все, отращу я бороду и пойду Бродягой по родной Руси. И не нужно мне теперь фортуны и удачи. Хочу забыться я под февральскую пургу. Просто понимаю, что без своих чудачеств я и дня Пережить на земле не смогу. И не нужно мне теперь фортуны и удачи. Хочу забыться я под февральскую пургу. Просто понимаю, что без своих чудачеств я и дня Пережить на земле не смогу. Молодая блонда с чувственным оскалом, Я с тобой не нежен, я с тобой не Груб. Мне не интересно, скольких ты ласкала, Сколько рук ты помнишь, сколько помнишь губ. Знаю, все прошли они, как будто тени, Так и не коснувшись твоего огня. Я знаю, что ты многим садилась на колени и Теперь сидишь вот у меня. Пусть твои ко мне полузакрыты очи и пусть сейчас Ты думаешь о ком-нибудь другом. Я, если честно, сам люблю тебя не очень, Утопая в прошлом милом, дорогом. Этот пыл неправильно будет назвать судьбою. Легкомысленная вспыльчивая связь. Так же, как случайно встретился с тобою, Так и улыбнусь, спокойно разойдясь. И когда с другим, идя по переулку, По привычке старой болтая про любовь, Может быть, я тоже выйду на прогулку и с Тобой, нимфеточка, встретимся мы вновь. И от нежданности, слегка ссутулив плечи, Грациозно немного наклонившись вниз, Ты мне скажешь тихо: "Женя, добрый вечер". А я тебе отвечу: "Добрый вечер, Мисс". И ничто души твоей не потревожит, И ничто тебя уже не бросит в дрожь. Ведь кто любил, уж тот любить не может. Ведь кто сгорел, того не подожжешь. И ничто души твоей не потревожит, И ничто тебя уже не бросит дрожь. Ведь кто любил, уж тот любить не может. Ведь кто сгорел, того не подожжешь.