За горами, за лесами

За горами, за лесами, за широкими морями, Не на небе, на земле жил старик в одном Селе. У крестьянина три сына. Старший умный был детеныш, средний сын И так и сяк, младший Вовсе был дурак. В долгом времени, аль вскоре Приключилося им горе. Кто-то в поле стал ходить и пшеницу шевелить. Мужички такой печали отродясь не видали. Стали думать да гадать, как бы Вора соглядать. Наконец себе смекнули, чтоб стоять на карауле, Хлеб ночами поберечь, злого вора Подстеречь. Вот как стало лишь смеркаться, Начал старший брат сбираться. Вынул вилы топор и отправился в дозор. Ночь Ненастная настала, на него боязнь напала, И со страхов наш мужик закопался под Сенник. Стало сызнова смеркаться. Средний сын пошел сбираться, взял и вилы, И топор, и отправился в дозор. Ночь Холодная настала, дрожь на малого напала, Зубы начали плясать. Он ударился бежать и всю ночь ходил дозором у Соседки под забором. Стало в третий раз смеркаться, Надо младшему сбираться. Послушай, побегай в дозор, Ванюша, Я куплю тебе лубков, дам гороху и бобов. Тут Иван с печи слезает, малахай свой Надевает, хлеб за пазуху кладет, Караул держать идет. Ночь настала, Месяц всходит. Поле все Иван обходит, озираючись кругом, И садится под кустом. Звезды на небе считает да краюшку уплетает. Вдруг о полночь конь заржал. Караульщик наш привстал, посмотрел под рукавицу и Увидел кобылицу. Кобылица та была вся, как зимний снег бела, Грива в землю золотая, в мелкие кольца завитая. Эхе, эхе! Так вот какой наш воришка! Но постой, я шутить ведь не умею. Разом сяду тебе на шею. Вишь, какая саранча! И минуту у луча к кобылице подбегает, За волнистый хвост хватает и садится на Хребет только задом наперед. Кобылица молодая, очью бешено сверкая, Змеем голову свила и пустилась, Как стрела. Вьётся кругом над полями, виснет пластью надо рвами, Мчится скоком по горам, ходит дыбом по лесам, Хочет силой аль обманом, лишь бы справиться с Иваном. Но Иван и сам не прост крепко держится за Хвост. Наконец она устала. “Ну, Иван, Ему сказала, Коль умел ты усидеть, Так тебе мной и владеть. Дай мне место для покою да ухаживай за мною, Сколько смыслишь. Да смотри, По три утренни зари выпущай меня на волю Погулять по чисту полю. По исходе же трёх дней двух рожу тебе коней, Да таких, каких поныне не бывало и в Помине. Да ещё рожу конька Ростом только в три вершка, на спине с двумя Горбами да с аршинными ушами. Двух коней коль хошь продай, Но конька Не отдавай ни за пояс, ни за шапку, Ни за чёрную, слышь, бабку. На земле и под землёй он товарищ будет твой”.