Штрафбат

Как камень, пущенный с пращи, Ломал приклад лица, хрящи. Я оголял свои клыки И рвал руками кадыки, Вбивая в глотку хриплый крик. Мелькал в крови трехгранный штык. И, боя преодолевая дрожь, Рвал сухожилья финский нож. Но я, лишенный всех наград, Познавший, что такое ад, Вполголоса врага просил, Чтоб он меня упредил, Чтоб он в меня воткнул клинок, Вину чтоб кровью Смыть я смог. Наш батальон конкретно влез В расположение войск СС. Мы в полный рост шагали в лоб На полнопрофильный окоп. И кто-то, может быть, не раз Меня уже от смерти спас, Но мы цеплялись, как могли, за каждый метр Родной земли. И били мы врага в висок За каждый русский голосок. Кто видел, знает, это ад, Когда идет вперед штрафбат. Но знал ли кто, что я просил, Чтоб враг меня упредил, Чтоб он в меня воткнул клинок, Вину чтоб кровью смыть я смог? Мы продержались эту ночь. Я вспомнил всех: жену и дочь. Я вспомнил брата и сестру, Когда сидел спиной к костру, Как особиста бил в лицо За то, что он моих бойцов, Тех, кто в могилах братских спал, Предателями записал. Нас лишь троих судьба вела, И мы прорвались из котла. Я вспомнил всех, кого валил. Я папиросы их курил, Я их патроны заряжал и их же Финский нож держал. Я был намного их сильней. Я воевал в стране своей. Я многих вражеских солдат Отправил в их тевтонский ад. Я жизнь не меньше их любил. Но почему же Я просил, Меня чтоб резал их клинок? И только снайпер мне помог Закончить мне мою войну И жизнью Искупить вину.