ПОСЛЕДНИЙ ТРЕК НИКСОНА

Никсон, Никсон, Никсон, Никсон меняет майк на Бутылку Хогардена. И мне с этого хочется плакать, парни. Теперь здесь больше нету вульгара. Он забирает престарелую шмару и едет в закат. Вот так вот погиб музыкант, как-то бестактно. И больше не засчитает пиздато пару матов, Ему это нахуй не надо. Он кинет жопу в Mitsubishi Galant и закажет пиццу Галантно, как Клад Валакас. Последний раз предупреждаю, я хочу какать. Я хочу какать, какать, какать. Последний трек Никсона не источник счастья на Лонгмиксе. Если пригласили, имей уважение, Садись, пиши. Сюг куска в подпись киса. Не знаю, оценит ли отсылку массажер, бариста, Визажист, логопед, медсестричка, журналист. Всем Пиксом в пизду, ни у одной нет титула. Граффити масты бомбит, у Лохматого бомбит. Тут работа к невыполнимым, и ведь напиться не Забыться. Не помнит уже, что такое риск. Походу перепутал старый водку с антифризом. Слава богу, пишет мне сообщение на кириллице, Не подписывает судебный иск. За три сотни репостов пригласим на фит, Покажет вам, что такое закулисье. Блядь, покажет вам, что такое закулисье. А пока я жарю гарнир, оливковое масло пролил. Этот размеренный бит всю тревожность погасил. Не только репрезен, скажи. Я куртку с пятнами накину и без особого напряга Нашинкую хит, как помидоры в похлебку кастрюлей Объемом три литра. Хорошо. Как помидоры в похлебку кастрюлей объемом Три литра. Е. Последнему треку Никсона цепляю старую знакомую с Клуба. Зовет меня по-милому скуфом, а Кеннеди Думает, что я его скуливаю. Тихо под бит сейчас скулю. Бухаем пиво толпой с пацанами на Осетинском вокзале. Настраивают подвалы Бебенко. Соседи крик за стенкой: «Мне было пятнадцать лет». Бытовая резня русская классика. Работаю мастером по маникюру. Отправляемся нашей шоблой, блядь, концертные туры. Пятна на куртке привлекают внимание женщин. Он целует их нежно, я чешусь от хуйни. Стопку за Родину, пузырь за Россию. Славяне с юности сильные. Уехал за пивом, загнал банки мастики. Хочет любви он постигнуть, блядь. На биты больше не Чалова отчаливает Никсон. Он уезжает в рай для киса Никса, Лекса, Милз. Больше не White Power Bones, Он Лифанс и альфонс. Халифат телефон ставит на прослушку еврея. На хуй брею Стилса Вариков, поебаться, Блядь, замечательно. Нахуй с ней месяц тщательсь. Выпил три литра пива и обоссал питерскую Достопримечательность. С окна громко кричали. Далее задержание сержант посадил с бичами. Освободился, пил пуэр, потом пилснер, Смотрел ебучие рилсы. Лохматый прыгал на рельсы, но спасли лисы. Двух зубов лишился случайный прохожий. Отдел полиции, синяки на коже, Синие рожи, клетка коррозия и жорец на розе. Бро, завязывай, но это амброзия. По трудящихся просьбам девочка воет на битосик, Снимает трусики и просит на тосе-босе заехать в Гости. Просит на тосе-босе заехать в гости. Не только ком в свободе, но пульта через секунду Никсон ставит один трек, сука, трек длиною в жизнь. Разные мелодии, да похуй, трек один и плотный. Заказы принимает, но музло наставит неохотно или Вообще не ставит, хуй его знает. Плейлист листает, трек свой на репит ставит. Вставленный на колонках не впускает чужие треки. Никсон и диджеи Никитины, как Ян и Джеки. Сохраняет все чеки и их грызет едодил. Его взрывоопасности завидует тротил. Кэшбэки копил, пиво купил, слил, Блядь. Состояние, будто словил маслин пять. Мыслитель Никсон активно думает, На что в первую очередь положить хуй ему. А Обама не будет. Да, обманул. Никсон уходит из рэпа на вебку, оттуда в даркнет. Вот это легенда. Спасибо за детство. Сил нет говорить уже сердцем. Завязывай, Никитос, малолетками и старыми шмарами. Меня в спортзале порвали с криками: «Вставай, Обама!» Но это все во сне и кошмаре. Мы не сипуем лям и не любим пиво Бавария. Никитос, не серчай, все будет нормально. Все будет нормально, нахуй. Давай, блядь, не падай духом. Нас покинул талантливый чел, его звали Никсон. Пригорюнил без запивки, водка, закуриваю Винстон. Мистер, а что случилось? Хуй знает. Он пропал с радаров. Rest in peace, родной на вешалке пылится Stone Island. У него были планы грандиозные. На небе звезды, там прибавилась еще одна под именем Никсон. Он любил--жал кросс из Poison'a. На него клевали пёзы, но он их не лизал. Говорил не по понятиям, показываю хуй всем Неприятелям. Если бы не говнорэп, Он бы стал спасателем, МЧСником или мерчендайзером, Но точно не ППСником и не педиком, Брат. Выкрути эквалайзер на сотку. Давай, братва, не чокай за обладателя пистона Четкого, большого корнишона. Я опять гашёный, ну и что? Кому что-то не нравится, так нахуй пошел. У нас горе, слез наплакали целое море. Ладно, держу себя в руках, сорри. Вы что меня наебали? Он жив. Ну понял. Никсон, Никсон. Ну понял. Никсон. Приобнял на прощание Никсона. Он уезжает на вписку с метисками и мулатками. Бритье по-армейски гладкое. Бабалка по-пидорски спрятана. На куртке пятна. За пивом уехал, ребята тут рядом. Я отравился мексиканским ядом. Испанский стыд, исламский сын и крутил. Приветствуйте нас босыми, а то босым. Волосы русые в автобусе марки Урус. Маркер заправили уксусом. Футболка цвета фуксия заправлена в брюки. На правой руке были брюлики, на левой нихуя пусто. Я поднимаю стопку и произношу напутствие за всех Русских, блядь. За всех русских. Да, я тоже вот начал и сбился на пиве. Блядь, пьем пиво Бавария, нахуй. Пьем пиво Бавария. Бавария пиво, Бавария Моторспорт, Нахуй.