Часть 1. Глава 3

Глава третья. Мое кроткое и мирное поведение завоевало мне такое Расположение со стороны императора, Двора, армии и всего народа, что я мог надеяться Скоро получить свободу. Я всячески стремился укрепить благоприятное мнение Обо мне. Иногда я ложился на землю и позволял пятерым или Шестерым лилипутам плясать на моей руке. Под конец даже дети отваживались играть в прятки в Моих волосах. Я научился довольно сносно понимать и говорить на их Языке. Однажды императору пришла мысль развлечь Меня акробатическим представлением. В устройстве таких представлений лилипуты своею Ловкостью и великолепием превосходят все народы, Какие я только знаю. Больше всего поразили меня упражнения канатных Плясунов, которые выполняются на тонких белых нитках Длиною в два фута, натянутых на высоте двенадцати Дюймов от земли. На этом представлении я хочу остановиться несколько Подробнее и попрошу у читателя немного терпения. Исполнять упражнения на канате могут только те лица, Которые состоят в кандидатах на высокие должности и Ищут благоволения двора. Они с младых лет обучаются этому искусству и не Всегда отличаются благородным происхождением или Широким образованием. Когда открывается вакансия на важную должность Вследствие смерти или опалы, что случается часто, Какого-нибудь вельможи, Пять или шесть таких соискателей подают прошение Императору разрешить им развлечь Его императорское Величество и двор танцами на канате. Тот, кто прыгнет выше всех, не сорвавшись с каната, Получает вакантную должность. Даже министры нередко получают приказ от императора Показать свою ловкость и тем доказать, Что они не утратили своих способностей. Канцлер казначейства Флимнап пользуется особой Славой за свои прыжки. Ему удалось подпрыгнуть на туго натянутом канате, По крайней мере, на дюйм выше, Чем всем другим сановникам империи. Мне пришлось видеть, как он несколько раз подряд Перекувырнулся через голову на небольшой доске, Прикрепленной к канату толщиной не более английской Бечевки. Мой друг Рельдрессель, Главный секретарь Тайного совета, если только Привязанность к нему не ослепляет меня, Занимает второе место после канцлера казначейства. Остальные сановники по своей ловкости мало Отличаются друг от друга. Эти состязания часто сопровождаются несчастными Случаями. Я сам видел, как два или три соискателя Причинили себе увечья. Но опасность становится еще больше, Когда сами министры получают повеление показать свою Ловкость. Желая отличиться, они проявляют такое Рвение, что редко кто из них не срывается и Не падает. Меня уверяли, что за год или за Два до моего прибытия Флимнап едва не сломал себе Шею. К счастью, он упал на подушку, случайно оказавшуюся На полу, и благодаря этому избежал смерти. Иногда при дворе устраивают совсем особенное Представление, на котором присутствуют только Император, императрица и первый министр. Император кладет на стол три тонкие шелковые нити: Синюю, красную и зеленую, в шесть дюймов длины Каждая. Эти нити предназначены в награду лицам, Которых император пожелает отличить особым знаком Своей благосклонности. Церемония происходит в большом тронном зале Его Величества. Здесь соискатели подвергаются особым Испытаниям в ловкости, каких никогда не приходилось Наблюдать в странах Старого и Нового Света. Император держит в руках палку в горизонтальном Положении, а соискатели по очереди то перепрыгивают Через палку, то подползают под нее, Смотря по тому, поднята палка или опущена. Иногда другой конец палки держит первый министр, Иногда же палку держит просто министр. Того, кто лучше всех проделает эти упражнения, Награждают синей нитью. Красная дается второму по ловкости, А зеленая третьему. Пожалованную нить носят в виде пояса, Обматывая ее дважды вокруг талии. При дворе редко можно встретить особу без такого Пояса. Конюхи каждый день объезжали поблизости от меня Лошадей из полковых и королевских конюшен, Поэтому лошади скоро перестали меня бояться, Не кидались от меня в сторону и подходили к Самым моим ногам. Я клал на землю руку, и всадники заставляли лошадей Перескакивать через нее. А раз императорский ловчий на рослом коне Перепрыгнул даже через мою ногу, Обутую в башмак Это был поистине удивительный Прыжок. Мне удалось придумать для императора необычайное Развлечение. Я попросил достать мне несколько палок Длиной в два фута и толщиной в обыкновенную трость. Его величество приказал главному лесничему сделать Соответствующие распоряжения, и на следующее утро Семь лесников привезли требуемое на шести телегах с Восемью лошадьми в каждой упряжке. Я взял девять палок и крепко вбил их в Землю в виде квадрата, каждая сторона которого была Длиной в два с половиной фута. На этих девяти кольях я туго натянул носовой платок, А сверху прикрепил к четырем углам квадрата еще Четыре палки параллельно земле. Эти палки, возвышаясь над платком приблизительно на Пять дюймов, образовали с каждой стороны нечто вроде Барьера. Окончив эти приготовления, я попросил императора Отрядить двадцать четыре лучших кавалериста для Упражнений на устроенной мною площадке. Его величество одобрил мое предложение. Когда кавалеристы явились, я поднял их одного за Другим и посадил на платок. Построившись, они разделились на два отряда и начали Маневры: Пускали друг в друга тупые стрелы, бросались друг на Друга с обнаженными саблями, то обращались в Бегство, то преследовали друг друга, То вели атаку, то отступали. При этом они показали лучшую военную выучку, Какую мне когда-либо случалось видеть. Горизонтальные палки не позволяли всадникам и их Лошадям упасть с площадки. Император пришел в такой восторг, что заставил меня Несколько дней подряд повторять это развлечение и Однажды соизволил сам подняться на площадку и Лично командовать маневрами. С большим трудом ему удалось убедить императрицу Разрешить мне подержать ее в закрытом кресле на Расстоянии двух ярдов от площадки, Так что она могла хорошо видеть все представление. К счастью для меня, все эти упражнения прошли Благополучно. Раз только горячая лошадь одного из офицеров пробила Копытом дыру в моем носовом платке и, Споткнувшись, упала и опрокинула своего седока. Я немедленно пришел им на помощь. Прикрыв одной рукой дыру, я спустил всю кавалерию на Землю. Упавшая лошадь вывихнула левую переднюю ногу, Но всадник не пострадал. Я тщательно починил платок, но с тех пор перестал Доверять его прочности при подобных опасных Упражнениях. Однажды Я развлекал двор разными выдумками. Внезапно к Его Величеству прибыл гонец с донесением, Что несколько его подданных поблизости от того Места, где меня нашли, заметили на земле громадное Черное тело весьма странной формы. Посередине высота его достигает человеческого роста, Тогда как края его очень низкие и широкие. Оно занимает площадь, равную спальне Его Величества. Первоначально они опасались, что это какое-то Невиданное животное, однако скоро убедились в Противном. Это тело лежало на траве совершенно Неподвижно, и они несколько раз обошли его кругом. Подсаживая друг друга, они взобрались на вершину Загадочного предмета. Вершина оказалась плоской. Топая по телу ногами, они убедились, Что оно внутри полое. В заключении авторы донесения смиренно высказывали Предположение, не принадлежит ли этот предмет Человеку-горе, и заявили, что берутся доставить его С помощью всего только пяти лошадей в столицу. Я тотчас догадался, о чем шла речь, И сердечно обрадовался этому известию. По-видимому, добравшись после кораблекрушения до Берега, я был так расстроен, что не заметил, Как у меня слетела шляпа. Еще в лодке я крепко стянул ее шнурком под Подбородком, а очутившись в воде, Плотно нахлобучил ее на уши. Когда я выбрался на сушу, я был так утомлен, Что совсем забыл про нее. Шнурок, вероятно, развязался, шляпа свалилась, И я решил, что она потерялась в волнах. Объяснив Его Величеству, что это за вещь, Я убедительно просил его отдать распоряжение о Немедленной доставке шляпы в столицу. На другой день шляпу привезли. Однако возчики не церемонились с ней. Они пробили в полях две дыры, продели в них Крючки на длинных веревках и прицепили веревки к Упряжи. Они волокли таким образом мой головной убор Добрых полмили. К счастью, поверхность земли в этой стране Необычайно ровная и гладкая, и шляпа получила меньше Повреждений, чем я ожидал. Спустя две недели после описанного происшествия Император отдал приказ по армии, Расположенной в столице и окрестностях, Быть готовой к параду Его величеству пришла Фантазия доставить себе довольно странное Развлечение. Он пожелал, чтобы я стал в позу Колосса Родосского, раздвинув ноги насколько возможно шире. Потом приказал главнокомандующему, старому опытному Военачальнику и моему большому покровителю, Построить войска сомкнутыми рядами и провести их Между моими ногами церемониальным маршем с Барабанным боем, развернутыми знаменами и поднятыми Пиками. Пехоту по двадцать четыре человека в ряд, А кавалерию по шестнадцать. Армия состояла из трех тысяч пехоты и тысячи Кавалерии. Парад прошел блестяще и доставил Большое удовольствие Его Величеству. Я подал императору столько прошений и докладных Записок о даровании мне свободы, Что Его Величество поставил, наконец, Вопрос на обсуждение министров, А потом Государственного совета. В Совете нашелся только один противник моего Освобождения Скайреш Болгалам, Которому угодно было без всякого повода с моей Стороны стать моим смертельным врагом. Но, несмотря на его противодействие, дело было Решено в мою пользу. Болгалам занимал пост Гальбада, То есть адмирала королевского флота, Пользовался большим доверием императора и был Человеком весьма сведущим в своем деле, Но угрюмым и резким. В конце концов, Его удалось уговорить дать свое согласие, Но он настоял, чтобы ему было поручено составление Условий, на которых я мог получить свободу. Условия эти Скайреш Болгалам доставил мне лично в Сопровождении двух секретарей и нескольких знатных Особ. Когда они были прочитаны, с меня взяли присягу в Том, что я не нарушу их. Обряд присяги был совершен сперва по обычаям моей Родины, а затем по всем правилам, Установленным местными законами. Произнося клятву, я должен был держать правую ногу в Левой руке и одновременно положить средний палец Правой руки на темя, а большой на верхушку Правого уха. Но, быть может, читателю любопытно будет Ознакомиться с теми обязательствами, Какие мне пришлось взять на себя. Поэтому я приведу здесь полный и точный перевод Означенного документа. "Гальбаста Моморен Эвлем Гердайла Шефин Молли Олигу, Могущественнейший император Лилипутии, Отрада и ужас вселенной, чьи владения, Занимая пять тысяч блестригов, Около двенадцати миль в окружности, Распространяются до крайних пределов земного шара. Монарх над монархами, величайший из сынов Человеческих, ногами своими упирающийся в центр Земли, а головой касающийся солнца, При одном мановении которого трясутся колени у Земных царей. Приятный как весна, благодетельный как лето, Обильный как осень и суровый как зима. Его Высочайшее Величество предлагает недавно Прибывшему в наши небесные владения Человеку-горе Следующие условия, которые Человек-гора под Торжественной присягой обязуется исполнять. Первое. Человек-гора не имеет права оставить наше Государство без нашей разрешительной грамоты с Приложением большой печати. Второе. Он не имеет права входить в столицу без Нашего особого распоряжения, причем жители должны Быть предупреждены за два часа, Чтобы успеть укрыться в своих домах. Третье. Названный Человек-гора должен ограничивать Свои прогулки большими дорогами. Он не смеет гулять или ложиться на лугах и Полях. Четвертое. Во время прогулок он должен внимательно смотреть под Ноги, дабы не растоптать кого-нибудь из наших Любезных подданных или их лошадей и телег. Он не должен брать в руки подданных без их Согласия. Пятое. Если потребуется быстро доставить гонца в Какой-нибудь отдаленный город империи, Человек-гора обязан, но не чаще одного раза в луну, Немедленно перенести гонца вместе с лошадью на Расстояние шести дней пути и, если потребуется, Доставить названного гонца в целости и сохранности Обратно к нашему императорскому величеству. Шестое. Он обязуется быть нашим союзником в войне Против враждебного нам острова Блефуску и употребить Все усилия для уничтожения неприятельского флота, Который в настоящее время снаряжается для нападения На нас. Седьмое. Упомянутый Человек-гора В часы досуга обязуется Оказывать помощь нашим рабочим, Поднимая особенно тяжелые камни при сооружении стены Главного парка, а также при постройке других Зданий. Восьмое. Упомянутый Человек-гора должен в течение двух лун Точно измерить окружность наших владений, Обойдя все побережья и сосчитав число пройденных Шагов. Девятое. Названный Человек-гора должен дать торжественное Обещание в точности соблюдать означенные условия. За это Человек-гора будет получать ежедневно еду и Питье в количестве, достаточном для прокормления Одной тысячи семисот двадцати восьми наших Подданных, и пользоваться свободным доступом к нашей Августейшей особе и другими знаками нашего Благоволения. Дано в Бельфабораке в нашем дворце В двенадцатый день девяносто первой луны нашего Царствования. Я с большой радостью дал присягу и подписал все Эти условия, хотя иные из них были не слишком Почетны. Они были продиктованы исключительно злобой Скайрыша Болголама, верховного адмирала. После принесения присяги с меня немедленно сняли Цепи, и я получил Полную свободу. Император был так милостив, что лично присутствовал При моем освобождении. В знак благодарности я пал ниц к ногам Его Величества, но император велел мне встать. Он обратился ко мне с высокомилостивой речью и в Заключении выразил надежду, что я окажусь полезным Слугой и буду вполне достоин тех милостей, Которые он уже оказал мне и может оказать в Будущем. Пусть читатель обратит внимание на то, Что в последнем пункте условий император дает Обещание выдавать мне еду и питье в количестве, Достаточном для прокормления одной тысячи семисот Двадцати восьми лилипутов. Меня заинтересовало, каким образом была установлена Такая точная цифра, И я как-то спросил об этом одного придворного, Моего друга. Он ответил, что математики Его Величества, Определив при помощи квадранта мой рост и найдя, Что я в двенадцать раз выше лилипута, Вычислили, что объем моего тела равен объему одной Тысячи семистам двадцати восьми тел лилипутов и что Оно требует во столько же раз больше пищи. Этот пример дает понятие как о смышлености Лилипутов, так и о мудрой расчетливости их Государя.