Уродина

Господи, родила урода! Глаза мои тебя не видели, тварь! Да, это drill, только real о любви, Но не vip. Да царит тут гриб, тапочки для Розжига жидкость. Тут горит чье-то сердце, лови. В бледные глаза смотрел, рот кривой кормил Смородиной. Видимо, Бог не углядел. Парень полюбил уродину. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Полюби, полюби, полюби, полюби. Говорят, уродина, в тебя дура влюблена, И ей не больно. Больше не больно. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Полюби, полюби, полюби, полюби. Ей больше не больно, уродине не больно. Эй! Грех, грех, эти серые косы, перебитые пальцы. И мать говорила: "Не вздумай влюбляться, дрянь". Горели стихи во дворе, как заря. Говорила служить, чтобы тело пропало не зря. Про маму нельзя говорить плохо, лишь доброе память о Мертвых, но каждое слово пусть будет из памяти Стерто. Пау, пау, пау, гребни, бы падали звезды, Но раны не поздно. Жертва становится палачом. Больше не плачет дура ни о чем. По рукам, по ногам растекается река. Коли выпал шанс убежать от насилия, к черту вас, Я не стану красивее. Я не стану служить, дабы вымолить нежность уродине. Я спою для того, кто сорвет для меня на Рассвете смородину. рассвете смородину. На рассвете смородину. На рассвете. Поле плачет, как койот. Вся в лохмотьях солнцу молится. Парень ягоду дает, пусть с ним рядом успокоится. Близко встретились глаза. Парень смотрит, улыбается. Оборванка-сирота стала для него красавица. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Полюби, полюби, полюби, полюби. Говорят, уродина, в тебя дура влюблена, И ей не больно. Больше не больно. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Ты люби ее, ты люби ее. Полюби, полюби, полюби, полюби. Ей больше не больно, уродине не больно. Эй!